Адвокат по статье 305. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта

Одной из наиболее важных статей в уголовном законе является на сегодня статья 305 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность судьи (судей) за вынесение им (ими) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

Её значимость заключается в том, что подобная уголовно-правовая норма должна выполнять превентивную функцию явно незаконного (пристрастного или формального) правосудия для всей судебной системы страны.

Без действенной законодательной уголовной ответственности судьи (судей) за вынесение неправосудных судебных актов любая судебная реформа будет лишь формальной (несущественной, неэффективной), не меняющей должным образом правосудие в сторону его законности и справедливости. 

  • Диспозиция статьи 305 УК РФ полностью дублирует её название, добавляя лишь указание на субъекта преступления – судью (судей).
  • ВЫНЕСЕНИЕ ЗАВЕДОМО НЕПРАВОСУДНЫХ ПРИГОВОРА, РЕШЕНИЯ ИЛИ ИНОГО СУДЕБНОГО АКТА
  • В данном случае именно диспозиция дублирует название статьи, а не наоборот, поскольку название статьи достаточно лаконично, а диспозиция достаточно пространна.

Исследователи ст. 305 УК смиренно толкуют ключевое слово ее диспозиции «НЕПРАВОСУДНЫХ» – как незаконных, и даже несправедливых судебных актов (приговора, решения, определения), разумеется, отмененных вышестоящей судебной инстанцией. Законодательство РФ определение данного термина «неправосудность» не содержит. 

Ввиду уголовно-правового категорического запрета применения уголовного закона по аналогии (ч. 2 ст. 2 УК РФ) нельзя подменять неправосудность судебного акта его незаконностью и (или) необоснованностью и (или) формальностью и (или) ошибочностью и (или) несоответствием «социальной справедливости» и т.д. При этом, эти понятия и не совсем аналогичны понятию »неправосудность».  

Правосудием в соответствии с Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» именуется деятельность судов и судей.

Поэтому неправосудное решение судьи – это тоже самое, что «неинженерное» решение инженера, или «непограничное» решение пограничника и т.п.

То есть это решение, которое не свойственно (не соответствует) профессиональной деятельности лицу, его принявшего.

Таким образом, судебный акт может точно являться неправосудным, если он не входит в деятельность суда (судьи).

Например: судье был заявлен обоснованный отвод по мотиву прямой родственной связи со стороной по делу, но судья, отклоняя его, скрыл эту родственную связь и, рассмотрев дело, вынес-таки неправосудное решение.

Или с иском в суд никто не обращался, а судья «взял» да и вынес решение (осуществил правосудие без должных к нему предпосылок). Или суд вынес по гражданскому делу не решение, а приговор, (и назначив наказание, не предусмотренное уголовным законом) и т.п.   

Однако не просто более реалистичные, а довольно частые неправосудные судебные акты  выносятся сегодня такие, в которых судья уклоняется от осуществления правосудия посредством игнорирования законодательных установлений (понятных и обязательных). Просто в судебном акте не указывается о нормах закона, которые должны применяться в данном деле, и о которых в суде было заявлено стороной. 

Таким образом, судья создает видимость правосудия, уклоняясь от его осуществления. Это и есть вынесения неправосудного судебного акта (с заведомостью отдельная тема).  

Не пора ли перенять немецкий уголовно-правовой опыт, содержащейся в параграфе 339 УК ФРГ? Название то же, что и нашей статье 305 УК, однако диспозиция не дублирует локаничность названия, а конкретизирует деяние для его эфективного, правильного и справедливого правоприменения: 

«Судья…, который при руководстве судебным разбирательством или при вынесении решения по делу обходит закон в пользу или во вред одной из сторон, наказывается лишением свободы…».  

И не надо установления никакой «заведомости» неправосудия. Настоящее неправосудие не может быть «по неосторожности» у сверхпрофессиональных юристов – судей (тем более, если о существовании и должном применении закона указывала сторона по делу).  

Адвокат по статье 305. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта

Дума запретила уголовное преследование судей за заведомо неправосудное, но не отмененное решение — новости Право.ру

Адвокат по статье 305. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта

Госдума приняла сегодня в первом чтении правительственный законопроект, который вводит запрет на возбуждение уголовных дел в отношении судей за вынесение заведомо неправосудного решения, если оно вступило в законную силу. Проект поправок в Уголовно-процессуальный кодекс РФ был разработан Минюстом во исполнение сразу двух постановлений Конституционного суда и поддержан правительством.

18 октября 2011 года КС пришел к выводу о несоответствии Конституции взаимосвязанных положений статей 144, 145 и 448 УПК РФ и пункта 8 статьи 16 закона «О статусе судей» в той мере, в какой они допускают возможность возбуждения в отношении судьи уголовного дела по статье 305 УК РФ (Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта), если судебный акт вступил в законную силу и не отменен. Минюст предложил статью 448 УПК (Возбуждение уголовного дела) дополнить частью восьмой, содержащей прямой запрет на «возбуждение в отношении судьи уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 305 УК РФ, в случае, если соответствующий судебный акт, вынесенный этим судьей или с его участием, вступил в законную силу и не отменен в установленном процессуальным законом порядке как неправосудный».

Еще одним основанием для корректировки УПК стало постановление КС от 17 октября 2011 года № 22-П.

Тогда КС признал не соответствующими Конституции положения частей 1 и 2 статьи 133 УПК в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, служат основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного незаконными или необоснованными решениями суда по делам частного обвинения. Дело в том, что ранее в таких случаях из-за неоднозначности норм уголовно-процессуального законодательства подозреваемые и обвиняемые, чье уголовное преследование осуществлялось в публичном порядке, могли требовать от государства возмещения вреда, а фигуранты дел частного обвинения могли рассчитывать лишь на возмещение судебных издержек за счет своих обвинителей. Конституционный суд признал такие различия «немотивированными», нарушающими «конституционный принцип равенства».

В связи с этим законопроект предлагает дополнить статью 133 УПК РФ (Основания возникновения права на реабилитацию) пунктом 4.1, расширяющим перечень лиц, имеющих право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

На это, в случае принятия закона, смогут рассчитывать «осужденные по делам частного обвинения в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда».

Такое же право получат и те, в отношении кого уголовное дело было прекращено в связи со вступившим в законную силу приговора по тому же обвинению либо определением суда о прекращении уголовного дела по тому же обвинению.

На возмещение вреда смогут рассчитывать реабилитированные по делам частного обвинения в связи с наличием неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 4,5 части 1 статьи 27 УПК РФ).

С текстом законопроекта № 87000-6 «О внесении изменений в статьи 133, 146 и 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации  (в части возмещения государством вреда, причиненного незаконными и (или) необоснованными решениями суда (судьи), лицу, в отношении которого выдвигалось частное обвинение, а также уточнения порядка возбуждения уголовных дел публичного обвинения в отношении судьи)» можно ознакомиться здесь.

Преступления без наказания — реальность, так решил Конституционный Суд РФ

В Российской Федерации на официальном законодательном уровне утверждена схема освобождения судей от уголовной ответственности за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

(статья 305 УК РФ) В  статью 448 УПК РФ внесена поправка, в соответствие с которой  Не допускается возбуждение в отношении судьи уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 305 Уголовного кодекса Российской Федерации, в случае, если соответствующий судебный акт, вынесенный этим судьей или с его участием, вступил в законную силу и не отменен в установленном процессуальным законом порядке как неправосудный. В основу указанной поправки легло Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 октября 2011 г. N 23-П г. Санкт-Петербург «по делу о проверке конституционности положений статей 144, 145 и 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина С.Л. Панченко». В соответствии со статьёй 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении судьи принимается председателем Следственного комитета РФ с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей, а в отношении судьи Конституционного Суда РФ, соответственно, с согласия Конституционного Суда РФ.

Однако в отношении статьи 305 УК РФ Конституционный Суд РФ постановил не совсем адекватный с точки зрения паритета законных прав судей и граждан вывод: Применительно к вопросу о возбуждении уголовного дела в отношении судьи по признакам преступления, предусмотренного статьей 305 УК Российской Федерации, устанавливающей ответственность за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта, это означает, что квалификационная коллегия судей не вправе самостоятельно определять, является ли конкретный судебный акт неправосудным, т.е. оценивать его законность и обоснованность, в том числе с точки зрения правильности применения материального закона или соблюдения процессуальных правил, — такая проверка может осуществляться лишь в специальных, закрепленных процессуальным законом процедурах, а именно посредством рассмотрения дела судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций. Благими намерениями выложена дорога в ад. Особенно, если эти благие намерения исходят из уст слуг Дьявола. Вспомним, например, Определение Конституционного Суда РФ от 17.01.2013 N 1-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Канарского Дениса Игоревича на нарушение его конституционных прав статьей 328 и частью пятой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», которым Конституционным Суд РФ принял новое решение, прямо противоположное ранее вынесенному и неотмененному Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2010 года № 10-П, в котором Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 320, часть вторую статьи 327 и статью 328 ГПК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они, в частности, не предусматривают правомочие суда апелляционной инстанции направлять гражданское дело мировому судье на новое рассмотрение в случаях, когда мировой судья рассмотрел дело в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания.

Читайте также:  Расторжение договора аренды и взыскание неустойки.

Вот и в этот раз Конституционный Суд РФ исходил из целей соблюдения гарантии неприкосновенности судей при осуществлении  ими правосудия. Как говорится, хотели как лучше, а получилось не совсем честно, даже не просто не совсем честно, а аморально, преступно.

Ни для кого не  секрет, что в настоящее время в судах действует принцип корпоративного взаимодействия судей при осуществлении правосудия. Что этот принцип представляет  из себя на практике. При рассмотрении в суде по первой инстанции дел различных категорий с одной стороны, участвующей в деле (истец, ответчик, третье лицо, подсудимый, потерпевший, гос. обвинитель и т. д.) начинает действовать определенный интерес, который доводится до судьи тем или иным образом, как напрямую, так и через вышестоящий суд. За редким исключением судьи выносят заведомо неправосудные приговор, решение или иной судебный акт действуя единолично. В основе своей свои решения по делу судьи первой инстанции предварительно согласовывают с вышестоящим судом, так сказать, заранее заручаются поддержкой вышестоящего суда-того самого суда, который именуется апелляционной инстанцией, либо непосредственно получают от него указания о том, как должно быть рассмотрено и разрешено конкретное дело. В результате чего заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты «устоят» при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Далее как по накатанной.

Кассационная жалоба на судебные постановления поступает…правильно, в этот же суд, сплоченный узами корпоративного братства, и, в основе своей, прикрывается определением судьи об отказе в передаче кассационной жалобы в судебное заседание суда кассационной инстанции, потому что кассационная жалоба не содержит оснований для отмены судебных постановлений, предусмотренных ст. 387 ГПК РФ, а сама кассационная жалоба направлена на иную переоценку доказательств, данных ранее судами нижестоящих судебных инстанций, что является недопустимым с точки зрения закона, так как фактически направлено на повторный пересмотр судебных постановлений.  Что, однако, не помешало Бабушкинскому районному суду города Москвы в 2011 году повторно пересмотреть  свое решение от 2009 года, которое утвердил Московский городской суд, и уже эти судебные постановления «затвердил» Верховный Суд РФ. Согласно п.п. 2 п. 1 ст. 134 ГПК РФ Судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон. Однако, кто, что и когда мешало российскому суду переступить через закон? Никто, ничто и никогда.

Далее дело попадает и по второй и по третьей(!?) кассационной инстанции, где уже в принципе никто и ничего не читает. Что само по себе уже является отдельным составом преступления, вот только пострадавшим от этого не легче. Об этих страшных людях ещё в далеких 30-х годах написал Михаил Булгаков в своем романе «Мастер и Маргарита».

…тут Иван Николаевич поднял свечу и вскричал: − Братья по литературе! (Осипший голос его окреп и стал горячей.) Слушайте меня все! Он появился! Ловите же его немедленно, иначе он натворит неописуемых бед!

− Что? Что? Что он сказал? Кто появился? − понеслись голоса со всех сторон.

Консультант! − ответил Иван, − и этот консультант сейчас убил на Патриарших Мишу Берлиоза.

До надзора вообще доходят единичные дела. Таким образом, Конституционный Суд РФ, дал гарантию судьям не только на невмешательство в их деятельность при отправлении правосудия, но и гарантию на освобождении от уголовной ответственности за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иных судебных актов, если они не были отменены в процессуальном порядке в вышестоящих судебных инстанциях.

Указанное Постановление Конституционного Суда РФ, новая часть 8 статьи 448 УПК РФ вступили в явное противоречие с частью 2 статьи 21 УПК РФ в соответствии с которой В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные настоящим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления. Ни Конституционный Суд РФ, ни Государственная Дума РФ, ни Совет Федерации, ни Президент РФ ни иные субъекты законодательной инициативы так и не дали ответов на вопросы о том, каким образом должны быть привлечены к уголовной ответственности судьи:

1. Вынесшие заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты, если они не были отменены в процессуальном порядке в вышестоящих судебных инстанциях? 2. Утвердившие в апелляционном порядке заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты или отменившие ранее вынесенные судом первой инстанции приговор, решение или иные судебные акты и постановившие в новом судебном постановлении заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты? 3. Отказавшие заведомо незаконно в рассмотрении кассационной или надзорной жалобы, которыми оспариваются вынесенные судьей заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты? 4. Вынесшие заведомо незаконные судебные постановления по делу об оставлении в силе заведомо неправосудных приговора, решения или иных судебных актов? Именно поэтому у меня, простого гражданина, возник элементарный вопрос: «Как, каким образом при осуществлении чиновниками России всей мощи государственных полномочий на весах Российской Фемиды на одной чаше весов оказались интересы судей, а на вторую чашу весов никто так и не удосужился положить интересы граждан?»

Именно поэтому я настаиваю на пресечении беспредела со стороны судей при осуществлении правосудия связанного с их корпоративной солидарностью, что в соответствие с частью 7 статьи 35  УК РФ квалифицируется не иначе как Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом. И не стоит забывать о том, что ни одно преступление не должно оставаться безнаказанным!

305. Судья всегда прав

В начале июня 2015 года Квалификационная коллегия судей (ККС) Брянской области дала согласие на возбуждение дела в отношении мирового судьи из Комаричского района Александра Амелина.

В ноябре 2013 года секретарь Амелина, приготовив для уничтожения коробку со старыми уголовными и административными делами, положила туда семь еще не рассмотренных дел: три уголовных и четыре административных — и все вместе сожгла. Судья в ужасе стал звонить в прокуратуру, следователям, полицейским и спешно восстанавливать уничтоженные материалы.

По одному из уголовных дел приговор был вынесен уже через пять дней после огненного происшествия, еще через неделю — по второму, а к середине декабря 2013 года Амелин принял решения и по всем административным делам.

Но накануне новогодних праздников к судье пришла проверка, и выяснилось, что решения по этим делам он вынес с нарушениями: применил особый порядок, то есть не исследовал материалы. Амелина лишили полномочий. «Я изучал дела, это были не первые дни рассмотрений, некоторые откладывались из-за неявки.

Я все про них знал, и основания для особого порядка были», — объяснял судья. Летом 2014 года ему даже поверили: дисциплинарное судебное присутствие отменило лишение полномочий, и Амелин вернулся к работе. Но через год — уже по представлению следствия — ККС Брянской области нашла обоснованным его уголовное преследование.

На мирового судью было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 305 УК РФ.

Амелину грозит штраф до 300 тысяч рублей, либо до 4 лет принудительных работ, либо лишение свободы — до 4 лет. По второй части той же статьи предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы, но она применяется в случае, если судья приговорил невиновного к лишению свободы или причинил «иные тяжкие последствия» — например, взыскал из бюджета в пользу заявителя слишком большую сумму.

Два, ноль, ноль

Согласно статистике Судебного департамента РФ, приговоры по статье 305 выносятся крайне редко и почти никогда не бывают связаны с реальным лишением свободы.

В 2014 году за неправосудные решения судили двух человек: мирового судью судебного участка № 19 Фокинского района Брянска Андрея Филина и мирового судью судебного участка №5 Тобольска Руслана Фатхелбаянова.

Филин обвинялся в том, что в октябре 2009 года рассмотрел без участия сторон дело о самоуправстве и вынес решение о его прекращении — отсутствующие якобы примирились.

При этом судья написал протокол заседания, в котором для правдоподобности приписал участникам какие-то речи и выступления, и сдал его в архив.

За это Филин получил еще и обвинение в подлоге (статья 292 УК РФ), но наказание по этой статье не назначали из-за истечения сроков давности. За неправосудное решение мировой судья был оштрафован на 30 тысяч рублей.

Читайте также:  Иск о взыскании ущерба в результате залива квартиры с соседей

34-летний Руслан Фатхелбаянов в марте 2011 рассмотрел без участия адвоката, прокурора и подсудимых два дела об оскорблении полицейских (статья 319 УК РФ). Он тоже сочинил и написал речи от имени всех участников слушаний, которых не было. Тюменский областной суд в июне 2014 года приговорил Фатхелбаянова к штрафу в размере 250 тысяч рублей.

В 2013 и 2012 годах приговоры по делам о незаконных судебных решениях не выносилось, в 2011 году были осуждены четыре человека (один оштрафован, другим назначены наказания, не связанные с лишением свободы или штрафами, либо они освобождены от наказания). В 2010 году суды вынесли шесть приговоров по статье 305 УК РФ: один штраф, четыре условных срока и одно освобождение от наказания.

Как судить судью

Чтобы возбудить уголовное дело в отношении судьи, необходимо получить согласие Квалификационной коллегии судей (ККС). Туда обращается руководитель следственного органа — председатель СКР Александр Бастрыкин.

Если речь идет о мировом или федеральном судье, дать согласие на его уголовное преследование может квалифколлегия региона, где он работает. Если о председателе суда или судье Верховного суда — Высшая квалификационная коллегия судей (ВККС).

Получив отказ в ККС, следователь может его обжаловать и также обратиться в ВККС.

«Квалификационная коллегия выражает согласие либо на возбуждение уголовного дела, либо, если дело уже возбуждено по факту преступления, на привлечение судьи к уголовной ответственности, а также на заключение под стражу.

Если дело не возбуждено, но требуется провести следственное действие, связанное с нарушением неприкосновенности, — например, обыск, — также необходимо получить разрешение ККС.

Если же дело возбуждено, то получать разрешение на каждое следственное действие уже не требуется, расследование идет в обычном порядке», — объясняет федеральный судья в отставке, заслуженный юрист России Сергей Пашин.

Под защитой Конституции

В 2004 году председатель гарнизонного военного суда Ростова-на-Дону Сергей Панченко принял решение в пользу военных пенсионеров, подавших в суд на военкомат за невыплату пенсий.

В 2010 году уже сам Панченко предстал перед Высшей квалификационной коллегией судей: Следственный комитет просил согласие на возбуждение дела по статье 305 УК РФ в отношении судьи из-за того, что в результате его решения пенсионерам якобы переплатили 5 млн рублей.

Коллегия согласие дала, но сам Панченко был категорически против и за год успел обжаловать начатую в отношении него доследственную проверку во всех инстанциях (все, включая Верховный суд, отказали). Тогда ростовский судья обратился в Конституционный суд.

18 октября 2011 года КС РФ огласил решение в пользу Панченко, в котором указал, что ни один судья в Российской Федерации не может подвергаться преследованию за судебное решение, которое вступило в законную силу и не было отменено.

«305 статья имеет особое значение среди всех уголовных составов, которые введены в УПК с целью уголовного преследования судьи. Заведомо неправосудное решение означает умысел судьи. Этот прямой умысел, и должен быть доказан.

Но если ставится об этом вопрос, то очевидно, что должны быть и доказаны незаконность и неправосудность. Они же могут быть установлены только в предусмотренном порядке: кассацией, апелляцией и надзором.

Никакой следователь, никто не может возбудить уголовное дело по этой статье при не отмененном судебном решении», — прокомментировал определение КС его председатель Валерий Зорькин.

Судья Панченко не стал фигурантом уголовного дела. А в 2013 году в Уголовно-процессуальный кодекс были внесены поправки, запрещающие судить судью за вступившее в силу решение.

Критики этой нормы указывают на то, что судить судей за неправосудные приговоры становится просто невозможно, а вопрос об уголовной ответственности судьи становится «внутрикорпоративным» делом, что не исключает злоупотреблений.

По статистике Верховного суда за 2014 год, коллегия по уголовным делам рассмотрела кассационные и апелляционные жалобы в отношении 3307 человек (всего 2173 дела) и отменила приговоры в отношении 154 человек (в том числе в отношении 47 человек были отменены оправдательные приговоры) — то есть в отношении 4,7% осужденных.

«Конечно, неправосудных приговоров выносится много, но сначала их должна отменять вышестоящая судебная инстанция, Генпрокуратура должна добиваться их отмены в порядке надзора.

Не надо забывать, что первичная задача — восстановить права гражданина, которые были нарушены неправосудным решением, отменить его и принять иное, а затем уже думать о наказании судей», — считает адвокат Владимир Жеребенков.

По мнению экс-судьи Пашина, невозможность привлекать к ответственности судей за неотмененные решения призвана защитить их от произвола судей-начальников — председателей судов и руководства вышестоящих судебных органов.

«Заявитель по делу в КС обжаловал не действия следственных органов, а именно дисциплинарное производство. И Конституционный суд, встав на его сторону, запретил подвергать судей дисциплинарному наказанию за решения, которые не нравятся их начальству.

Допустим, судья отпустил арестованного, а он сбежал — и судью увольняют, лишают статуса. Но если это решение не было отменено апелляционной инстанцией, лишать статуса не за что.

Запрет же на уголовное преследование за подобные решения следует из запрета на дисциплинарные взыскания такого рода», — объясняет юрист.

Прекращение и оправдание

Судья Ленинского районного суда Кемерово Андрей Юферов в 2002 году вынес 16 решений и определений по гражданским делам об акционерных обществах. Председательствующий не утруждал себя уведомлением ответчиков и даже не проверял, где они находятся — и выносил решения по делам, которые должны были быть переданы по подсудности в Москву, Санкт-Петербург или Братск.

Как выяснилось в ходе следствия, решения Юферов тоже писал не сам — просто подписывал, что приносили. Он продолжал это делать даже тогда, когда дела акционерных обществ законодательно передали из судов общей юрисдикции арбитражным судам.

В 2009 году судья Юферов предстал перед судом по части 1 статьи 305 УК РФ и даже получил два года лишения свободы — но был освобожден от наказания за истечением срока давности.

Если дело на судью возбудить и удается, до обвинительного приговора, судя по статистике, доходит далеко не всегда. В 2010 году в Новгородском областном суде слушалось дело судьи Татьяны Нестеровой, удостоверившей своими решениями проживание в городе Окуловка четверых иностранцев, которые там не жили.

В 2011 году в Омске расследовалось дело экс-зампреда Первомайского районного суда Марины Макаровой, принимавшей решения по спорам о недвижимости без проведения заседаний.

В 2015 году в Ленинский районный суд Кировской области было передано дело бывшего председателя Подосиновского районного суда Валентины Эсауловой, которую обвиняли в вынесении неправосудных постановлений по уголовным делам. 

Обвинение всем этим судьям было предъявлено по части 1 статьи 305. Все они были освобождены от наказания, а в случае с судьей Макаровой дело прекратили еще на стадии следствия за истечением срока давности, который составляет шесть лет (по второй части статьи — 10 лет).

Судья Центрального районного суда Барнаула Татьяна Михайлова получила 2 года колонии-поселения за незаконный арест участка земли в Московской области и два решения о многомиллионных взысканиях (одно в пользу рейдеров, другое — в пользу подставного лица). Но в связи с истечением срока давности Михайлову от наказания освободили. 

Судья Восточного районного суда Бийска Наталья Лямкина, незаконно признавшая право собственности на сельхозтехнику за своей знакомой и так же незаконно передавшая право на владение автомобилем другому жителю Бийска, в 2010 году предстала перед судом до истечения срока давности и даже была оштрафована на 200 тысяч рублей. От наказания ее освободили — в связи с амнистией к 100-летию Госдумы. 

24 августа 2010 года следователь Вадим Вещиков прекратил уголовное дело по статье 305 УК РФ в отношении судьи Кузьминского районного суда Москвы Любови Румянцевой.

Ее обвиняли в незаконном решении об освобождении из-под стражи бывшего совладельца Пермского моторного завода и Ступинской металлургической компании Андрея Хованова в 2004 году.

Согласно материалам дела, Румянцева вынесла решение по делу в отсутствие прокурора и следователя — объявила, что он свободен, только самому Хованову и его адвокату, а также убедилась, чтобы конвой снял с него наручники. Выйдя из зала суда, предприниматель скрылся.

Дело в отношении Румянцевой расследовали и почти довели до суда, но обвинительное заключение отказалась утвердить прокуратура: надзорное ведомство указало, что невыясненным остался мотив судьи. В итоге дело прекратили, все обвинения с бывшей судьи Румянцевой сняли. 

«Даже в случае снятия обвинений возвращение в судейский корпус в таких случаях, как правило, невозможно. Румянцева сама не захотела восстанавливаться, после всей той грязи, что вылили на нее коллеги в процессе. Ушла, кажется, в адвокатуру», — рассказывает адвокат Жеребенков, представлявший интересы судьи Румянцевой на стадии следствия.

Судья Кировского района Новосибирска Ирина Глебова в марте 2011 года восстановила в родительских правах трижды судимого наркомана Евгения Глотова.

У Глотова была двухлетняя дочь Ева, мать которой тоже страдала наркотической зависимостью и умерла; девочка находилась в детском доме. 28 апреля того же года, через месяц с небольшим после решения суда, Глотов кормил дочь и несколько раз ударил.

От полученных травм ребенок умер, Глотову дали 19 лет колонии строгого режима, а на судью Глебову завели уголовное дело по части 2 статьи 305 УК РФ. 

Восстановленный в правах родитель рассказал, что его дело судья рассмотрела за несколько минут и даже не выходила в совещательную комнату.

Читайте также:  Адвокат по статье 214. Вандализм

По версии следователей, судья приняла положительное решение, не изучив как следует материалы, чтобы повысить свой показатель скорости рассмотрения гражданских дел (известно, что судьи получают нарекания от председателей судов за волокиту).

В суде Глотов признался, что оговорил Глебову — в обмен следователи якобы обещали перевести его в другую камеру СИЗО (с сокамерниками у мужчины не сложились отношения), и рассказал, что дело слушалось около часа, заседание прошло с соблюдением процедуры.

В итоге Глебову, которой грозило до 10 лет колонии, оправдал Новосибирский областной суд. Он пришел к выводу, что судья приняла решение обоснованно (Глотов на несколько месяцев перестал принимать наркотики и даже устроился на работу), к тому же решение о восстановлении в правах не предполагало немедленной передачи ребенка отцу.

Когда садятся судьи

Даже в случае обвинительного приговора судье Глебовой, скорее всего, не грозило бы лишение свободы: прокурор требовал для нее пяти лет условно. Условный срок и штраф — наиболее распространенное наказание для судей по этой статье.

В 2009 году краснодарского судью Игоря Савицкого приговорили к 3,5 годам условно за незаконное признание права собственности на пять квартир, обманом отнятых у пенсионеров. Судья Анна Зайцева из Амурской области в 2009 году получила пять лет условно за 84 неправосудных решения о взыскании компенсаций с государства по чекам и облигациям.

 Федеральный судья из Екатеринбурга Василий Шешенин незаконно передал в частную собственность принадлежавший государству «Уральский подшипниковый завод» и получил за это в 2010 году четыре года условно.

 В том же 2010 году один к году условно приговорен был мировой судья из Тольятти Юрий Кротовских, который удовлетворил иск о праве собственности на земельный участок под автомастерской, хотя этот участок находился на неподсудной ему территории. 

Бывшего председателя Воткинского городского суда в Удмуртии Валерия Иванова в 2010 году оштрафовали на 50 тысяч рублей за то, что он потерял материалы четырех уголовных дел. Чтобы это скрыть, Иванов вынес постановления о прекращении дел за смертью обвиняемых, которые не только не умерли, но и позднее привлекались к уголовной ответственности по другим уголовным делам. 

Судью Кош-Агачского районного суда на Алтае Константина Байдушкина в 2009 году оштрафовали на более серьезную сумму — 300 тысяч рублей — за наложение ареста на земельный участок в Подмосковье, решение по которому было не в его подсудности. 

К реальному лишению свободы судей приговаривают, но по этим делам статья 305 УК РФ идет не в качестве основного обвинения. Так, в ноябре 2009 года бывший зампред Ленинского районного суда Тюмени Алла Ильина получила пять лет колонии. Но основным обвинением, предъявленным Ильиной, было получение взятки, а вынесение неправосудного решения — дополнительным и менее тяжким. 

В мае 2010 года 8,5 лет колонии строгого режима получил бывший мировой судья Ворошиловского района Волгограда Вячеслав Глейкин. Но помимо вынесения неправосудного решения он обвинялся в получении взятки, мошенничестве и нарушении порядка финансировании избирательной кампании (судья баллотировался в депутаты гордумы и растратил предвыборный фонд). 

«Судью сложно привлечь к ответственности за заведомо неправосудное решение, потому что сложно доказать ту самую заведомость, умысел. Кроме того, в судейском корпусе принято сор из избы не выносить, наказывать своих на уровне дисциплинарном, просто увольнять.

Например, после смерти в СИЗО Веры Трифоновой судья Ольга Макарова была лишена полномочий и уволена, но добиться ее уголовного преследования не удалось, хотя она принимала решение о продлении ареста тяжело больного человека и это ее решение привело к смерти.

 Но судьи считают, что лишить мантии, пенсии и прочих судейских привилегий — это уже достаточное наказание», — говорит адвокат Жеребенков.

«Конечно, этот корпоративный фактор нужно учитывать, но главная трудность — в сложности доказать мотив. Если судью поймали на взятке — это одна ситуация, но тогда и судят его за взятку, а статья 305 уже идет дополнительно.

А если не за взятку — то зачем он выносил это неправосудное решение? Заведомо неправосудное, подчеркну. Он может заявить, что таково было его внутренне убеждение, которым он и руководствовался, согласно закону.

И очень сложно доказать обратное», — поясняет Сергей Пашин.

Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305 УК РФ)

Объективные признаки

Объектом преступления является принцип осуществления правосудия в строгом соответствии с законом. Факультативным объектом могут выступать интересы личности. Предмет преступления — приговор, решение или иной судебный акт.

Под приговором следует понимать решение о невиновности или виновности подсудимого и о назначении ему наказания либо об освобождении его от наказания, вынесенное судом первой или апелляционной инстанции.

Решение — это постановление суда (судьи) первой инстанции, которым гражданско-правовой спор разрешается по существу. Иной судебный акт — понятие собирательное, охватывающее определения и постановления суда, вердикт коллегии присяжных заседателей.

Определением признается всякое, помимо приговора, решение, вынесенное судом первой инстанции при производстве по уголовному делу; всякое решение суда второй инстанции; решение, принятое вышестоящим судом, кроме президиумов судов, при пересмотре судебных приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу. Постановление решения, принятое президиумами судов при пересмотре судебных приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу; всякое решение (кроме приговора и решения по гражданскому делу), принятое судьей единолично. Вердиктом именуется решение коллегии присяжных заседателей по поставленным перед ней вопросам, включая основной вопрос о виновности подсудимого.

Объективную сторону образует вынесение неправосудного приговора, решения или иного судебного акта.

Вынесение указанных процессуальных актов представляет собой постановление их судьями или судьей единолично. Преступление имеет место тогда, когда приговор, решение, определение или постановление являются неправосудными.

Неправосудность определяется согласно нормам уголовнопроцессуального, гражданско-процессуального, арбитражно-процессуального законодательства и характеризуется существенными нарушениями процессуального закона, неправильным применением материального закона, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Неправосудность приговора может выразиться в осуждении невиновного либо, наоборот, в оправдании виновного, в заведомо неверной квалификации содеянного, в назначении наказания, не соответствующего тяжести совершенного преступления и личности преступника (при этом не имеет значения, назначено чрезмерно суровое или необоснованно мягкое наказание), в искажении фактических обстоятельств дела и т. д.

Существенное нарушение уголовно-процессуального закона также влечет неправосудность приговора.

Он считается во всяком случае незаконным, если судом при наличии законных оснований уголовное дело не было прекращено; приговор вынесен незаконным составом суда; дело рассмотрено в отсутствие подсудимого в тех случаях, когда его присутствие обязательно; нарушено право на защиту и т. д. (ст. 381 УПК РФ).

По гражданским делам неправосудным должно считаться решение, по которому неосновательно отказано в удовлетворении обоснованного иска либо удовлетворен явно необоснованный иск, намеренно завышен или занижен размер ущерба, подлежащего возмещению, заведомо необоснованно истец восстановлен на работе или ему отказано в этом и т. п.

В одном акте иногда может сочетаться несколько признаков неправосудности, например неправильная квалификация содеянного и назначение явно несправедливого наказания, не соответствующего тяжести преступления и личности виновного. Но в чем бы ни выразилась неправосудность приговора, решения, определения и постановления, она всегда свидетельствует о том, что такой судебный акт не отражает объективной истины по делу.

Преступление имеет формальный состав, считается оконченным с момента вынесения приговора, решения или иного судебного акта и его подписания судьями (судьей). Вступление такого акта в законную силу, тем более его исполнение значения для квалификации не имеют.

Субъективные признаки

Субъективная сторона предполагает только пря мой умысел, так как закон указывает на заведомую неправосудность судебных актов.

Заведомость как признак, характеризующий субъективную сторону рассматриваемого преступления, позволяет отграничивать преступление, предусмотренное ст.

305 УК РФ, от иных должностных злоупотреблений судей, а также от дисциплинарных проступков. Если не установлена заведомость, то состав рассматриваемого преступления отсутствует.

Судебный акт может быть признан неправосудным в силу различных обстоятельств, но ответственность наступает лишь в том случае, если судья желал этого.

Если ошибка допущена в силу недостаточной квалификации судьи, небрежности или недобросовестности и т. п., то состав преступления отсутствует.

Мотивы и цели совершения данного преступления в законе не указаны и не влияют на его квалификацию. В случае вынесения неправосудного судебного акта за взятку имеет место совокупность преступлений.

Субъектом преступления согласно прямому указанию закона могут быть только судьи. К их числу относятся судьи всех звеньев судебной системы страны (кроме Конституционного Суда РФ, конституционных и уставных судов субъектов РФ), председатели судов, их заместители, а также присяжные и арбитражные заседатели, участвовавшие в составлении и подписании судебного акта.

Квалифицированные виды

В ч. 2 ст. 305 УК РФ предусмотрены два квалифицирующих признака: а) вынесение заведомо незаконного приговора к лишению свободы; б) наступление тяжких последствий.

Для квалификации не имеют значения ни вид лишения свободы (на определенный срок или пожизненно), ни его срок. Достаточно самого факта необоснованного назначения наказания в виде лишения свободы заведомо незаконным приговором суда.

Законодатель не дает характеристики тяжких последствий, наступивших в результате вынесения заведомо неправосудных судебных актов, перечисленных в ч. 1 ст. 305 УК РФ. Ими могут быть самоубийство незаконно осужденного, тяжелое, в том числе и психическое, заболевание, оправдание опасных преступников и т. п.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *