Речь защитника об оправдании подсудимого по ст. 159 УК РФ

                                           Речь защитника об оправдании подсудимого по ст. 159 УК РФ                                     

Пример работы адвоката в Воронеже при защите по уголовному делу от обвинения по ст. 228 УК:

Текст выступления защитника в судебных прениях 

(фактологические обстоятельства защиты, и доказательства защиты их объективно подтверждающие, представленные суду для обсуждения в совещательной комнате в порядке части 2 ст. 73 УПК РФ и оценки каждого из них в тексте приговора)

N.B. Все фамилии в тексте изменены, остальноё правда. Истинно вам говорю.

В этом деле необходимо применить правила презумпции невиновности, даже несмотря на то обстоятельство, что защита доказала каждое из своих утверждений документальными фактами, к которым осталось только честно и, по совести, применить право.

Судебное исследование выявило, что вне всяких сомнений подсудимый подлежит оправданию в предъявленном ему обвинении.

Анализируемое по данному делу предъявленное обвинение не мотивировано фактологически; в нём не показана объективная связанность между обвинительными утверждениями прокурора, и сведениями из административных протоколов о не разъяснении досматриваемому ч. 2 ст. 48 и ст.

51 Конституции перед началом производства административного досмотра, которые представила суду защита, но обвинитель не стал их мотивированно отвергать, отказываясь отвечать на вопросы защитника в ходе исследования представляемых им суду сведений, тем самым не смог поддержать государственное обвинение.

  • Ваша честь! 
  • Отказ обвинителя давать пояснения на вопросы защиты по представляемым им доказательствам – это ни что иное, как наглядное доказательство отсутствия у обвинителя фактологической позиции по делу, и невозможности наглядной демонстрации для Вас объективной логической связанности между сведениями, которым она желала предать силу доказательств, и подлежащими доказыванию фактическими обстоятельствами дела.
  • Защита представила суду достоверные фактические данные, указанные в письменном отношении защитника к предъявленному обвинению, а также в доказательствах защиты, перечисленных в их письменном перечне, приобщённом к материалам дела.
  • По правилам презумпции невиновности прокурор не смог мотивированно отвергнуть доказательства защиты в виде административных протоколов, которые составили будущие свидетели обвинения – авторы административного материала.
  • Подсудимый признал вину в полном объёме, но, высказывая в суде своё отношение к зачитанному прокурором обвинению, он заявил, что предъявленное ему обвинение непонятно и оно не конкретизировано, в обоснование этого утверждения он, отвечая на вопросы защитника, своими показаниями представил суду доказательства приобретения им одного грамма вещества белого цвета амфетамин, менее половины от веса которого было обнаружено в его автомобиле в результате досмотра, так как из не опровергнутых и достоверных сведений, полученными в ходе судебного следствия усматривается, что после поднятия закладки с амфетамином половину порошка он впервые в своей жизни употребил назально.
  • Обвинительными доказательствами могут являться не любые сведения, а исключительно достоверные.
  • Представленная подсудимым в качестве доказательства схема расположения транспортных средств полиции не опровергнута показания свидетелей обвинения, мелкие недочёты в показаниях свидетелей-алкоголиков, на протяжении более чем двух лет сотрудничающих с одним и тем же оперативным сотрудником уголовного розыска Рамонского отдела полиции, а также в показаниях заинтересованных в исходе дела полицейских, которые весьма аккуратно и напряженно подбирали слова, при этом периодически впадали в беспамятство, имитируя острые приступы амнезии, когда по их пониманию невозможно было ответить на существенные вопросы защитника, они, издеваясь над задачами правосудия, отвечали, что они не помнят тех, или иных важных для интересов защиты фактологических моментов рассматриваемого события.
  • Особо в этом области необходимо отметить заслуги допрошенного старшего лейтенанта ДПС, который, не желая отвечать на вопрос защитника, заявил, что такие сведения о фактах относятся к оперативной информации, при этом тут же пояснил, что у него нет допуска к государственной тайне.
  • Это момент показателен, они дали понять суду, что хозяева в процессе они. 
  • Это всё, что нужно знать суду о квазидостоверности показаний сотрудников полиции, которые выдали суду лишь маленькую долю реальной фактологической картины.
  • Они издевались над истиной и судом, который, как мы все знаем, давал присягу следовать в своей судебной деятельности Конституции, включая её статьям 2, 48 и 51.

Заявление подсудимого о непонимании предъявленного обвинения в части ошибочно вменённого ему в вину вещества и его веса, он сделал ещё следователю. Поэтому его позиция последовательна, а представленные им доказательства непротиворечивы и правдоподобны ввиду их не опровержения доказательствами обвинения. 

Получив заявление обвиняемого о непонимании выдвинутого против него обвинения, следователь, как это видно из материалов дела, не вынес постановление о разъяснении ему существа предъявленных утверждений о совершении им преступления, не предприняв попытки устранить возникшие фактологические противоречия, о которых следователь знала, но ложно понимая интересы службы, неумело вуалировала их в расчёте на особый порядок судебного разбирательства.

В то время следственный орган находился в полной уверенности о будущем избрании подсудимым особого порядка уголовного судопроизводства.

Вес, в размере менее половины от 1 грамма приобретённой подсудимым закладки с амфетамином, был обнаружен без предварительного разъяснения ему ч. 2 ст. 48 и ст. 51 Конституции, а также без разъяснения ему права на освобождение от уголовной ответственности до начала досмотра транспортного средства. И это доказано самими материалами уголовного дела.

Доказательства в виде показаний в качестве подозреваемого и подсудимого, а также сведения из свидетельских показаний и из административных протоколов, подтверждающих процессуальный факт не разъяснения ему указанных прав, находятся в пределах, ограниченных формулировками предъявленного ему обвинения, и не противоречат ни на йоту ни одному из обвинительных утверждений. 

Несмотря на полное признание подсудимым своей вины, полагаю, что подсудимый себя оговорил, и подлежит оправданию по предъявленному ему обвинению ввиду отсутствия в его действия состава преступления по следующим основаниям.

Речь защитника об оправдании подсудимого по ст. 159 УК РФ

УВАЖАЕМЫЙ СУД!

Пришла пора подвести итог судебному разбирательству по уголовному делу, которое я, к сожалению, не могу назвать ни объективным, ни беспристрастным, ни справедливым. Все происходившее в рамках настоящего уголовного дела, нельзя оценивать иначе, чем провокацию, призванную оправдать само существование секретной службы её спланировавшей, и придавшей ей видимость борьбы с преступностью.

Я убежден, что в действиях подсудимого отсутствует элемент обмана, что не позволяет квалифицировать их как мошенничество. Ж. с самого начала общения с Г. прекрасно знал, что он действует самостоятельно, и оказывает ему вполне легальные консалтинговые услуги. В обвинительном заключении отсутствуют упоминания о взаимодействии подсудимого с другими, даже «не установленными» лицами.

Однако давайте обратимся к фактам, которые состоят в следующем: Успешный бизнесмен, безосновательно называемый потерпевшим, имея солидный опыт приобретения муниципального имущества, и целый штат сотрудников, в т.ч.

юристов, вопреки здравому смыслу, лично и неоднократно приходит в КУМИ, разговаривает со всеми сотрудниками и посетителями, делится планами, задает вопросы, пишет письма, оставляет свои номера телефонов, т.е.

просто «отирается» в учреждении, а на самом деле работает «живцом», приманкой, выискивая жертву.

И жертва нашлась, на эту роль, за неимением лучшего, был утвержден нынешний подсудимый Г., который просто оказался в ненужное время, в ненужном месте.            Ищущий работу Г., и общительный бизнесмен Ж., просто не могли не встретиться, и они встретились, и начали общаться.

Ж. с ходу продиктовал номер своего телефона и явно дал понять, что заинтересован в любой «помощи» в приобретении муниципального имущества, и будет очень «благодарен» любому помощнику, причем слово «помощь», как впрочем и «благодарность», нужно взять в кавычки, т.к. вся процедура продажи муниципального имущества достаточно ясна и прозрачна, и у Ж. уже был солидный опыт участия в торгах.

Видя перед собой столь заинтересованного и благодарного слушателя, который с первой встречи, сам предлагал вознаграждение за содействие, Г. решил, что это его шанс заработать, именно заработать, а не украсть, не присвоить, и не отобрать.

Наведя справки о продаваемых объектах муниципального имущества, причем из совершенно открытых источников, Г. позвонил Ж., предложил встретиться, и обсудить возможности сотрудничества.

Ж. сразу же согласился, и назначил встречу, а сам немедленно (а может быть и загодя) побежал в ФСБ писать заявление о предполагаемом вымогательстве, хотя к тому времени разговора о деньгах даже еще не было, а заодно получать микрофон, диктофон, или что-то еще из разряда шпионской техники, чтобы записывать разговоры с Г.

Вполне возможно, что на самом деле все было не совсем так, или совсем не так. Я вполне допускаю, что Ж. всегда носит с собой специальную аппаратуру, и ему не было нужды даже приходить в ФСБ, т.к. он вполне мог уже давно негласно сотрудничать с ФСБ на постоянной основе. Ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение невозможно, т.к. все покрыто завесой государственной тайны.

Тем не менее, эта версия не лучше и не хуже любой другой, но она лучше всего объясняет очень странное поведение псевдопотерпевшего.

Как иначе можно понять поведение человека, который сам дал свой телефон Г., сам назначил встречу, никаких угроз или требований от него не получил, но первым делом побежал писать заявление и обвешиваться микрофонами, для того, чтобы, цитирую: «Чтобы исключить обман и не понести материальный ущерб» (протокол с/з от 11.01.2010 г.).

Странная логика – еще ничего не зная об условиях сотрудничества с Г., Ж.был абсолютно уверен в том, что его собираются обмануть и причинить материальный ущерб.

Все дальнейшее поведение Ж., еще более странно и нелогично, т.к. используемые им средства, абсолютно не согласуются с целями, которые он якобы желает достигнуть:

Чтобы не дать себя обмануть, Ж., после снятия с торгов помещения по ул. В-кой, вместо того, чтобы просто прекратить общение с Г., самолично передал ему целый список других объектов, которые Ж. якобы желает приобрести, и предлагает заплатить заранее, т.е. просто из кожи вон старается всучить деньги Г.. Очень странный способ не дать себя обмануть, и не понести материальный ущерб!

Однако, полгода как безработный Г., все же от денег отказывается, и наживку не заглатывает, чем видимо сильно огорчает и самого Ж.

, и его кураторов, а вместо этого тоже из кожи вон лезет: пытается рассказывать Ж.

об общих тенденциях на рынке недвижимости, учит тонкостям участия в аукционах, показывает ворох газет, распечатки с официального сайта КУМИ, выдает свои аналитические заключения и дает вполне разумные советы.

Ничего этого Ж. не нужно, он методично задает провокационные вопросы, интересуется покровителями, просит помочь приобрести все новые и новые объекты, снова и снова предлагает деньги – за что? Тоже видимо, чтобы уменьшить риск обмана.

После аукциона по продаже помещения по бульвару С-лей, 1, в котором принимал участие компаньон Ж – К-в, который и купил помещение, Ж. сам назначает встречу Г., готовит деньги, которые вообще мог не платить, понимая, что ему за это ничего не будет, буквально всучивает купюры Г.

При этом, сам он, прекрасно понимает, что его деньги никуда не денутся: все купюры переписаны и отксерокопированы, сотрудники ФСБ окружают его машину буквально со всех сторон, в машине установлена видеокамера, съемка ведется с нескольких точек – жертве попросту некуда деваться.

Для надежности, Ж., ведя деловой разговор с Г. не забывает подавать и сигналы группе захвата: трижды нажимает на педаль тормоза, когда Г. выходит из машины до окончания встречи, т.е.

Читайте также:  Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

подает сигнал «не трогать!», и один раз, когда деньги уже у подсудимого, значит – «все, можно брать!».

И Г. «взяли», причем захват Г. провели по всем правилам оперативной науки: так, как будто поймали иностранного шпиона, или вооруженного до зубов бандита, а не как обыкновенного безработного, предлагавшего свои обыкновенные услуги обыкновенному коммерсанту. Деньги, всученные Ж., сразу же забрали, машину обыскали, все бумаги, и даже газеты отобрали, доставили в ФСБ и допросили. Без адвоката.

Всё. На этом факты заканчиваются, т.к. больше Г. ничего не делал, не мог сделать, да и не собирался делать.

Достаточно ли этих фактов для того, чтобы признать Гладкова виновным в покушении на мошенничество в крупном размере? Я считаю – нет!

Всё обвинение построено на недопустимых доказательствах, т.к.

все аудио и видео записи, имеющиеся в уголовном деле, являются лишь набором произвольно выхваченных из общего контекста фрагментов разговоров, подобранных исключительно для того, чтобы создать видимость того, что подсудимый обманывал потерпевшего.

При этом, объективные свойства всех аудио и видеозаписей имеют явные несоответствия событиям, якобы на них запечатленным, а так же имеют не менее явные признаки редактирования, монтажа и компилирования, которые признают даже сами сотрудники ФСБ.

Более того, допрошенные в судебном заседании сотрудники ФСБ Т., Ш. и Р. единодушно подтвердили, что все приобщенные к материалам уголовного дела носители информации являются вторичными, при этом, первичные носители (т.е.

собственно вещдоки) являются секретными и недоступными, на диски, приобщенные к материалам дела, выборочно перенесена только часть записей, записи подвергались редактированию, компиляции и монтажу, и все это осуществлялось секретными сотрудниками, без участия понятых.

При таких вопиющих нарушениях УПК, я даже удивлен, что к материалам дела не приобщили какую-нибудь запись, из которой следовало бы, что Г. сотрудничал сразу со всеми разведками мира и готовил государственный переворот.  Используя секретную технику ФСБ, это вполне можно было сделать. Однако поскромничали. Видимо, все же понимали, что Г., ну никак не тянет на «Джеймса Бонда».

В любом случае, все эти записи не соответствуют тем требованиям, предъявляемым к вещественным доказательствам, которые установлены нормами УПК, вследствие чего доказательствами не являются, и ничего не доказывают.

Так же, не может являться доказательством и заключение психолого-лингвистической экспертизы, т.к. мало того, что эксперты исследовали не реальные события, запечатленные на материальном носителе, а специально подготовленную для них эрзац-подборку разговоров неизвестного происхождения, причем далеко не полную.

Что ещё у нас осталось из «доказательств»?

А ещё в уголовном деле есть совершенно официальные и доступные всем желающим прогнозные планы приватизации, извещения о продаже муниципального имущества, ежедневник, исписанный лист бумаги, старая газета, и ведомость поступления задатков, заботливо забытая в машине Г. самим «потерпевшим».

Вся эта макулатура, абсолютно ничего не доказывает, и ни на что не влияет.

Что ещё? Да собственно ничего. Показания сотрудников КУМИ ничего не могут прояснить в отношениях Г.и Ж.

Остаются только показания самого Ж., из которых следует буквально следующее: (протокол с/з от 11.01.2010 г.)

  1. Ж. сам давал Г. списки объектов, которые он хотел приобрести, и сам просил Г. оказать ему помощь в этом.
  2. Ж. сам назначал встречи Г. так, чтобы все они проходили под контролем сотрудников ФСБ.
  3. Ж. неоднократно предлагал Г. деньги, хотя подсудимый об этом не просил и не требовал.
  4. Ж. «не помнит», давал ли он свое согласие на проведение аудио и видеозаписи у него в машине. В любом случае, в материалах дела такого документа нет.
  5. Ж. всегда требует расписку, или иной документ, когда платит деньги. Единственное исключение – Г., брать расписку с которого Ж. «не посчитал нужным».
  6. Ж. желал получить от Г. незаконные услуги, т.е. осознавал явную противоправность своих действий, однако, все равно настаивал на них.
  7. Ж. мог вообще не платить Г., и прекрасно понимал, что подсудимый в принципе не может ему предъявить никаких требований, даже моральных, ведь в аукционе победил не Ж., а К. Тем не менее, не дождавшись требования о передаче денег, Ж. сам проявил инициативу – сунул Г. пачку меченых денег, и для надежности просил их пересчитать.
  8. Ж. не понес никакого ущерба, получил всё, что он хотел, в том числе и купил желаемый объект. Однако, требует максимально сурового наказания для Г. Спрашивается: за что? Наверное, за то, что Г. не оправдал надежд покровителей Ж., видимо рассчитывавших раскрыть целую банду взяточников и вымогателей?
  9. Пообещав заплатить Г. за оказанные им консалтинговые услуги, Ж. заранее позаботился о том, чтобы его деньги вернулись к нему в любом случае, а по простому – «кинул» Г.
  10. Уже абсолютно достоверно зная о том, что Г.вот-вот задержат (разговор в автомобиле Ж.на стоянке у ТРК «Гринвич» 4.09.2009 г.), Ж. не только поблагодарил Г. за оказанную помощь, но и предложил оказать ему помощь в приобретении еще одного объекта.

Все эти обстоятельства, позволяют сделать только один вывод: Г. искусно втянули в секретную операцию (как назвали её эксперты – «оригинальную»), разработанную сотрудниками ФСБ, а когда стало очевидным, что Г.

вовсе не тот, кого рассчитывали поймать, оперативникам уже не оставалось ничего, кроме как сделать его крайним, «козлом отпущения».

А самим сделать хорошую мину, при плохой игре, и отрапортовать во все инстанции о том, что ФСБ не зря свой хлеб ест, стоит на страже и т.д., и т.п.

Случаи провокаций и подстрекательства со стороны правоохранительных органов не так уж и редки, и на сегодняшний день существует множество примеров как российской, так и международной судебной практики по этим вопросам.

При этом нельзя забывать, что в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, и ч. 3 ст. 1 УПК РФ, Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство.

О необходимости соблюдения и признания норм международного права говорит и Пленум Верховного суда РФ в своем Постановлении № 5 от 10.10.2003 г.

Обратимся к практике Европейского Суда:

Выступление в прениях по уголовному делу (ч. 4 ст. 159 УК РФ) — мошенничество

Выступления в прениях

адвоката Кусаева А.Н. в защиту С……….

В производстве ……….. районного суда г. Москвы имеется уголовное дело № ………, по признакам преступления, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ ~ ч. 4 ст. 159 УК РФ (167 эпизодов в отношении С…….), возбужденное в отношении С……….. и других участников.

Полагаю, что по результатам рассмотрения уголовного дела можно сделать однозначный вывод о невиновности моей подзащитной С………… в инкриминируемых преступлениях.

Так, органы предварительного следствия расследуя рассматриваемое уголовное дело, необоснованно и незаконно привлекли мою подопечную в качестве обвиняемой, так как ни одного доказательства вины моей подзащитной в деле нет и не было.

Кроме того, особое внимание заслуживает расследование данного уголовного дела, которое было расследовано, на мой взгляд, без всестороннего сбора необходимых доказательств, с грубым нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, необъективной юридической оценке действий моей подзащитной, повлекшей неправильную квалификацию. В уголовном деле допущено очень много нарушений, как при проведении следственных действий, так и при соблюдении/оформлении надлежащим образом установленной формы процессуальных документов. Однако надзорными органами указанные нарушения были проигнорированы и не приняты меры по их устранению.

Далее, в соответствии с ч. 4 Постановления Конституционного Суда от 08.12.

2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по уголовному делу уже произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями данного кодекса.

Так, в обвинительном заключении С………… указано, что она привлекается по 167 эпизодам преступлений, предусмотренных ч. 4 ст.

159 УК РФ, где ей вменяются эпизоды преступления, совершённые (по версии следствия) в период времени, когда она ещё не приступила к трудовой деятельности в ООО «………». То есть С……… начала работать в ООО «………..

» фактически с 8 мая 2015 года, а следствие необоснованно и незаконно инкриминирует ей преступления совершённые ранее этого даты, что является абсурдным и не имеет под собой никакой логики, отсутствует причинно-следственная связь.

Соответственно, постановление о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительное заключение в отношении С……… составлено юридически неверно, так как содержит в себе не существующие обстоятельства. То есть возникает вопрос: как она могла похитить денежные средства у гражданина путём обмана, если она не находилась в то время и в том месте, где потерпевший якобы был введён в заблуждение?

Более того, инкриминируемые преступления по данному уголовному делу квалифицированы юридически неверно, так как по версии следствия: «с целью хищения денежных средств граждан путем обмана, создали устойчивую преступную группу, характеризующуюся согласованностью действий участников, стабильным ее составом, постоянством методов преступной деятельности, длительным периодом существования и совершения преступлений». То есть организаторы и участники организованной группы изначально осознают преступность своих деяний, имеют единую цель (получения денежных средств), при этом продолжают свою незаконную преступную деятельность в виде хищения денежных средств путём обмана. Соответственно преступление совершённое организованной группой носит продолжаемый характер, то есть преступление продолжаемое.

Продолжаемое преступление – последовательность совершённых виновным юридически однородных деяний, направленных на один и тот же объект и охватываемых единым умыслом виновного, может образовывать продолжаемое преступление.

Читайте также:  Адвокат по статье 200.1. Контрабанда наличных денежных средств и (или) денежных инструментов

Продолжаемым преступлением может являться, например, хищение из библиотеки многотомного собрания сочинений, совершаемое по одному тому за раз; хищение запчастей с завода, кража вещей со склада, совершённые в несколько приёмов и т.д.

Специфика объективной стороны продолжаемого преступления заключается в том, что совершённые действия объединены не только относительно небольшими промежутками времени между ними, но и единым способом совершения деяния, а равно наступлением однородных последствий. С субъективной же стороны продолжаемое преступление характеризуется наличием одной и той же формы вины, одинаковых мотивов и единой цели преступной деятельности.

В любом случае, инкриминируемые преступления не подлежат отдельной квалификации, поскольку они не имеют самостоятельного значения и представляют собой лишь отдельный элемент достижения виновным общей преступной цели, а именно получения денежных средств.

Однако в разрез и противоречия мотивировочной части обвинения, органы предварительного следствия возбуждают уголовное дело по каждому потерпевшему, что является недопустимым и незаконным.

То есть (если отталкиваться от версии следствия) получается, что у организованной преступной группы с приходом каждого гражданина в офис для зачисления вклада ВНЕЗАПНО возникал умысел для его обмана и хищения его денежных средств. То есть кого-то обманывали, кого нет.

Это противоречит здравому смыслу и действующей практике расследования действий в сфере «финансовых пирамид».

С практической точки зрения органы предварительного следствия должны были возбудить в отношении организованной преступной группы одну статью Уголовного кодекса РФ, целью которой двигало получение денежных средств от граждан путём обмана. То есть корыстный преступный умысел направлен на большую группу людей. Поэтому целесообразным будет инкриминировать один эпизод по ч. 4 ст. 159 УК РФ, со множеством потерпевших в уголовном деле, соответственно.

Полагаю, что имеющая место настоящая квалификация преступлений в уголовном деле связана с искусственным повышением эффективности работы органов предварительного следствия — «палочная система». Считаю, что это заслуживает внимания.

Прения сторон в суде и защитительная речь адвоката

Гражданское, арбитражное или уголовное дело завершается в суде прениями сторон, после которых суд выносит свое решение. Защитительная речь адвоката — еще один шанс склонить чашу весов

правосудия на свою сторону.

Прения в суде — это подведение итогов работы каждой из сторон дела, обобщение результатов в виде завершающей речи (выступления). Учитывая выкладки психологов, данный этап судебного разбирательства важен для закрепления «правильного» впечатления на суд. Судебная стадия прений сторон окончательно формирует внутреннее убеждение судьи, помогает суду глубже разобраться во всех обстоятельствах дела и принять правильное решение. Прения в суде — это подведение итогов работы каждой из сторон дела, обобщение результатов в виде завершающей речи (выступления). Учитывая выкладки психологов, данный этап судебного разбирательства важен для закрепления «правильного» впечатления на суд. Судебная стадия прений сторон окончательно формирует внутреннее убеждение судьи, помогает суду глубже разобраться во всех обстоятельствах дела и принять правильное решение. Прения сторон по арбитражным и гражданским делам отличаются от прений по уголовным делам: в арбитражном и гражданском процессах адвокат оперирует логически выстроенной системой доказательств, а эмоционально-психологическая сторона речи имеет значение в уголовном суде. Защитительная речь адвоката в уголовном деле напрямую зависит от позиции подзащитного. О том, как адвокат должен строить в прениях свою защитительную речь по содержанию, по жестикуляции, ораторским приемам и прочим манипуляциям современных технологий убеждения, — много рассказано на различных правовых порталах, а также в юридической литературе. Поскольку данный аспект находится в сфере профессионального юридического интереса, он не особо интересен доверителю либо подзащитному.Однако, как отличить качественную защитительную речь адвоката от непроработанного непрофессионального выступления в суде? Ответ на данный вопрос должен интересовать всех, кто доверил свою защиту адвокату в гражданском, арбитражном либо уголовном деле. Зачастую мнение об адвокате, его профессионализме складывается именно по его выступлению на судебной стадии прений сторон. Что необходимо знать доверителю, чьи интересы представляет адвокат, или подзащитному, которому также представляется последнее слово на стадии прений в суде? Говорят, плох тот артист, который не волнуется при выходе на сцену. Вероятно, это плохой признак, когда адвокат не волнуется перед защитительной речью. Волнение объясняется переживанием за судьбу своего клиента, желанием максимально выполнить свой профессиональный долг. Ведь цель защитительной речи — сформировать у суда благоприятное для подзащитного убеждение.Другой важный момент то, что защитительные речи судебных адвокатов должны отличаться логичным, продуманным построением плюс простота, точность и выразительность языка, психологическая глубина, точность юридических оценок обстоятельствам по рассмотренному в суде делу. Плюс адвокат не должен выражать свое личное мнение. Такие фразы, как «я думаю, что» или «я полагаю, что» неуместны и неубедительны. Законодатель не регулирует содержание судебных прений. Однако, для выступающих в прениях сторон имеется два запрета : 1) нельзя ссылаться на доказательства, не рассмотренные в ходе судебного слушания. 2) Судья может остановить защитительную речь адвоката в случае, если тот ссылается на обстоятельства, не имеющие отношения к рассматриваемому делу, а также в случае, если выступающий ссылается на доказательства, признанные недопустимыми. Третье, знание правильного обращения к судье. Общепринято естественное располагающее начало выступления с обращения: «Уважаемый суд!»Четвертое, в защитительной речи адвокат обязательно проводит анализ ключевых доказательств с указанием суду листов дела (чтобы судья мог убедиться в правоте слов и при желании еще раз ознакомиться с ними по ходу выступления защитника). В необходимых случаях адвокат обращает внимание суда не только на имеющиеся доказательства, но и на их отсутствие. В уголовном суде в защитительной речи отличают три основные позиции по делу: либо переквалификация, либо снисхождение, либо оправдание. О переквалификации действий подсудимого по статье уголовного закона, предусматривающей меньшую уголовную ответственность за содеянное, речь идет, когда подсудимый признает вину, но адвокат считает, что его действия неверно квалифицированы предварительным следствием. Позиция снисхождения — смягчения ответственности за содеянное, отстаивается адвокатом, когда подсудимый полностью признает вину, и защитник полагает, что достаточно доказательств, подтверждающих его виновность, но мера наказания должна быть минимальной по санкции данной статьи, либо подсудимый заслуживает применения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, в соответствии с требованиями ст. 64 УК РФ. Пятое, в защитительной речи по уголовному делу адвокат сообщает суду личностные данные о своем подзащитном: его жизни, семье, здоровье. Адвокат должен постараться раскрыть внутренний мир подсудимого, его мировоззрение, проникнуть в его психологию, переживания, объяснить его поступки. Если подсудимый признает вину в совершении преступления, то защитник объясняет, как и почему его подзащитный встал на путь правонарушения (мотив и умысел). Уместно в защитительной речи зачитывать полностью, либо частично документы, подтверждающие смягчающее вину обстоятельство. Особенно актуальна убедительность защитительной речи в выступлениях адвоката перед судом присяжных, т.к. они более восприимчивы к эмоционально-психологической окраске содеянного подсудимым, к сведениям о его личности. И пожалуй, последний важный момент, на который необходимо обращать внимание, — это резолютивная, завершающая часть защитительной речи адвоката в прениях. Итоговая позиция адвоката по делу не должна быть альтернативной, она должна быть конкретной и исключающей двоякое толкование. Совершенно недопустимо, когда адвокат просит суд, например, оправдать подсудимого, с оговоркой, — «если уважаемый суд, не разделит позицию защиты, адвокат согласен на меру наказания не связанную с лишением свободы», — что свидетельствует о неуверенности адвоката в своей правоте и во всем том, что он до этого произносил в своей защитительной речи. ВАЖНО: Адвокат должен знать меру,не хвалить подсудимого,избегать абсурдныхфраз,иначе можно получить эффект, обратный желаемому. ВАЖНО: Адвокатуместно делает ссылки на конкретные пункты решений вышестоящих судов, что убеждает суд в правоте позиции адвоката, избранной поделу. ВАЖНО:Адвокат всегда разделяет позицию подсудимого, иначе речь идет о нарушении права на защиту. ВАЖНО:Адвокатпланомерно логичнообоснованнои детальноубеждаетсудв правоте позиции сторонызащиты. ВАЖНО:Степень конфронтации и полемики адвоката со второй стороной спора, стороной обвинения и коллегами в прениях должна быть разумной ивыдержанной.

Адвокат по мошенничеству – ст.159 УК РФ. Круглосуточная помощь

Уголовные дела о мошенничестве возбуждаются регулярно и в большом количестве. Так, по официальным данным МВД, за период с января по сентябрь 2021 года было зафиксировано 227 404 случая мошенничества.

Из всех видов хищений чаще совершаются только кражи.

Для сравнения: за тот же период правоохранительные органы зарегистрировали 4 775 случаев хищений в форме вымогательства и 10 189 случая хищений в форме присвоения или растраты.

Избежать серьезных негативных последствий зачастую помогает своевременное обращение за правовой помощью к адвокату, специализирующемуся на защите по уголовным делам о мошенничестве.

Подключить к делу профессионала?

До суда доходят далеко не все уголовные дела, возбужденные по мошенничеству. Эта статистика может свидетельствовать о сфабрикованном характере некоторых дел.

Так, возбуждение дел по мошенничеству нередко инициируется в целях использования средств уголовного судопроизводства по гражданским делам либо для оказания незаконного давления на предпринимателей, Кроме того, правоохранители зачастую возбуждают дела по мошенничеству при наличии обмана в отсутствие факта хищения, что также неминуемо ведёт к прекращению дел.

Между тем даже если в отношении предпринимателя не будет вынесен обвинительный приговор, уголовное преследование по данной статье может нанести очень серьезный удар по бизнесу и репутации, а также стать причиной краха компании.

Одно из основных направлений нашей работы — это защита Доверителей, подозреваемых/обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных:

Адвокаты по мошенничеству – это уголовные адвокаты, не только знающие нюансы применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, но также знающие основы гражданского, финансового права, разбирающиеся в особенностях хозяйственной деятельности коммерческих предприятий.

Адвокаты широкого профиля, как правило, не обладают необходимым опытом защиты по уголовным делам именно предпринимателей, поэтому не всегда могут в полной мере оказать квалифицированную правовую помощь.

Адвокаты АК «Судебный адвокат» имеют многолетнюю практику защиту руководителей коммерческих предприятий и собственников бизнеса, обвиняемых в совершении мошенничества.

На страже Ваших интересов стоят адвокаты с опытом работы в следственных органах, соответственно, нам хорошо известны все особенности ведения предварительного расследования по мошенническим составам.

Эти знания наши адвокаты используют, чтобы оказаться на «шаг впереди» стороны обвинения и сделать максимум для Вашей защиты.

Формально непреднамеренное неисполнение фирмой своих договорных обязательств не является преступлением.

Например, нередко компании не оплачивают товары или услуги вследствие нестабильного финансового положения: контрагент в этом случае может вернуть долг в судебном или досудебном порядке.

Однако некоторые партнеры могут использовать данную ситуацию для устранения конкурента или рейдерского захвата бизнеса через обвинение руководства компании-должника в мошенничестве.

Так нужно ли обращаться к адвокату, если Вы точно уверены в своей невиновности? Однозначно да. Надежда на справедливый суд и собственные силы в отсутствие квалифицированной помощи уголовного адвоката могут привести к тяжелым последствиям.

Читайте также:  Адвокат по статье 291.1. Посредничество во взяточничестве

Вас могут отправить в СИЗО

Формально предпринимателей по мошенническим составам помещать в СИЗО запрещено. Фактически суды охотно удовлетворяют соответствующие ходатайства следователей. Попасть в СИЗО – это значит лишиться свободы и возможности руководить своим предприятиям. Известны случаи, когда бизнесмены проводили в СИЗО больше года.

Адвокат по ст.

159 УК РФ не только формирует позицию защиты и собирает доказательства, пытаясь доказать невиновность доверителя, но также сразу же после вступления в дело пытается использовать правовые средства для решения первоочередной задачи – исключить заключение доверителя под стражу или сделать все возможное для избрания или изменения меры пресечения на более мягкую, не связанную с изоляцией от общества.

Принадлежащие Вам носители информации и документы изымут в ходе обыска

Закон обязывает правоохранителей делать копии, но оставляет им массу «лазеек», позволяющих изымать оригиналы документов и носителей. Как итог – деятельность фирмы будет полностью парализована. Кроме того, конфиденциальная информация может попасть в руки конкурентов.

Уголовный адвокат по мошенничеству оперативно прибудет к Вашему офису, квартире, к иному месту производства обыска, проконтролирует процесс обыска в целях недопущения нарушения закона и права доверителя. В случае необходимости действия правоохранителей будут обжалованы.

Ваших сотрудников вызовут на допрос

Неподготовленных работников очень легко запутать и испугать, соответственно, они незаметно для себя могут сообщить следователям компрометирующую Вас информацию. Особо ценные работники могут даже уволиться и перейти к конкурентам.

Адвокат по ст.

159 УК РФ подготовит сотрудников к допросу, расскажет о том, как себя вести и что говорить следователю. Адвокат также примет участие в допросе и поможет исключить давление, которое может быть оказано в ходе допроса. Любые попытки нарушить Ваши права будут немедленно пресекаться.

Вы потеряете деловую репутацию и лишитесь партнеров

Уголовное преследование в отношении руководителя фирмы – сигнал другим компаниям отказаться от сотрудничества с вами. Никто не захочет работать с «проблемными» контрагентами.

Адвокаты по делам о мошенничестве предпримут все усилия к тому, чтобы завершить уголовное дело/преследование как можно раньше. Мы разработаем эффективную стратегию защиты и соберем необходимую доказательную базу. У Ваших партнеров не будет повода для прекращения сотрудничества.

Вы можете получить до 10 лет колонии со штрафом в размере до 1 миллиона рублей

Несмотря на то, что прокуратура утверждает менее половины обвинительных заключений по мошенническим делам, риск получения обвинительного приговора все равно есть, и немаленький. Реальный срок ставит крест на бизнесе.

Если приговора не избежать, адвокат по ст.159 УК РФ использует имеющиеся правовые средства для смягчения наказания. За последние 10 лет судебная практика назначения наказаний по ст. 159 УК РФ претерпела кардинальные изменения.

Если в начале 2000-х более половины приговоров по данным категориям дел выносились с назначением наказания, не связанного с лишением свободы, то в настоящее время в подавляющем большинстве случаев суда назначают наказание по ч. 3 и ч. 4 ст. 159 УК РФ в виде реального лишения свободы.

Даже при признании вины и заключении досудебного соглашения о сотрудничестве суды назначают наказание в виде реального лишения свободы сроком от 4 до 6 лет.

Некоторые исключения можно наблюдать в практике назначения наказания в Краснодарском крае и в Республике Крым, где по-прежнему не редкость условные наказания по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Для получения квалифицированной правовой помощи за защитой следует обращаться к адвокату, имеющему опыт оказания адвокатских услуг по делам о мошенничестве. В этой связи следует отметить, что любой уголовный адвокат имеет опыт работы по делам, возбужденным по мошенничеству, что связано с распространённостью данных составов.

Подключить к делу адвоката?

Сразу после обращения к нам, клиенты получают:

На первой же встрече наш адвокат даст предварительную оценку правовой и судебной перспективы дела, отметит имеющиеся риски и предложит предварительный план первоначальных действий по Вашей защите. В ходе защиты Вы будете обеспечены круглосуточной правовой помощью и поддержкой, с обеспечением срочного выезда адвоката к Вам при необходимости участия в следственных и оперативных мероприятиях.

По результатам правовой помощи по делам по ст.159 УК РФ возможны следующие результаты:

  • прекращение уголовного дела/преследования;
  • переквалификация обвинения на статью, предусматривающую более мягкое наказание;
  • применение наиболее мягкого из возможных наказаний;
  • применение основного наказания без дополнительной санкции;
  • освобождение от уголовной ответственности всвязи с истечением сроков давности;
  • отсрочка наказания и освобождение от наказания по иным основаниям;
  • вынесение оправдательного приговора с последующей реабилитацией.

Конкретный результат будет целиком и полностью зависеть, во-первых, от фактических обстоятельств дела, а во-вторых, от того, насколько быстро подозреваемый/обвиняемый обратиться за помощью к адвокату по мошенничеству. Наилучшим итогом станет прекращение уголовного дела/преследования до передачи дела в суд.

Наименование услуги Цена
Консультация от 5 000 руб. до 10 000 руб.
Составление заявления о совершении преступления от 10 000 руб
Правовая помощь на стадии проверки от от 60 000 руб
Участие в даче объяснения (опросе) от 25 000 руб
Защита на стадии следствия от 250 000 руб (или от 75 000 руб в месяц)
Защита на стадии дознания от 150 000 руб (или от 59 000 руб в месяц)
Представление интересов потерпевшего от 120 000 руб (или от 59 000 руб в месяц)
Защита подсудимого от 150 000 руб
Представление интересов потерпевшего от 100 000 руб

Защита при обвинении в совершении мошенничества – наша специализация!

Если Вас, Вашего знакомого или родственника подозревают или обвиняют в мошенничестве, проводят в отношении Вас доследственную проверку по мошенничеству, советуем незамедлительно обратиться к адвокату АК «Судебный адвокат», и Вам будет предоставлен специалист, имеющий большой опыт защиты по данной категории дел.

Наши стандарты работы, которым мы гордимся:

  • адвокаты готовы к выезду 24/7 к Доверителю, поскольку срочная правовая помощь по делам о мошенничестве может потребоваться, в том числе, в выходные и праздничные дни;
  • наши адвокаты имеют многолетний успешный опыт защиты представителей бизнеса, подозреваемых/обвиняемых в мошенничестве;
  • мы готовы вступить в дело по мошенничеству на любом его этапе, даже в сложных ситуациях;
  • возможность помесячной оплаты услуг адвоката;
  • мы обеспечиваем полную анонимность и конфиденциальность;
  • многолетняя безупречная репутация наших адвокатов, за которую мы ручаемся.

Звоните в любое время — адвокат по делам о мошенничестве готов оказать своевременную помощь!

Кого можно привлечь к ответственности по ч.5 ст.159 УК РФ?

— Уголовной ответственности по ч.5-7 ст.159 УК РФ подлежат вменяемые лица, достигшие 16-летнего возраста.

Попасть на скамью подсудимых может индивидуальный предприниматель, генеральный директор фирмы, главный бухгалтер, а также иные субъекты, принимающие участие в бизнесе, при условии, что договора, в преднамеренном неисполнении которых обвиняется гражданин, заключены между коммерческими организациями или индивидуальными предпринимателями.

Какие наказания предусмотрены за мошенничество?

— Ст.159 УК РФ предусмотрены следующие основные наказания:

  • штраф в размере до 500 тысяч рублей;
  • до 480 часов обязательных работ;
  • до 2 лет исправительных работ;
  • до 2 лет ограничения свободы;
  • до 5 лет принудительных работ;
  • до 4 месяцев ареста;
  • до 10 лет лишения свободы.

Также суд может назначить дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Конкретное наказание определяется судом при вынесении приговора исходя из обстоятельств дела, личности подсудимого, его поведения после совершения преступления, в частности, возмещения ущерба, признания вины и раскаяния. Имеет немаловажную роль при назначении наказания учёт позиции потерпевшего относительно необходимости наказания виновного или его прощения, суровости желаемого наказания.

По части 4 ст. 159 УК РФ закон предусматривает безальтернативное наказание в виде лишения свободы сроком до 10 лет со штрафом или без такового.

Обязательно ли привлекать к участию в деле адвоката по мошенничеству?

— Подозреваемый/обвиняемый может воспользоваться помощью государственного защитника. В случаях, предусмотренных законом, участие защитника обязательно.

Нужно ли возмещать ущерб, причиненный в результате мошеннических действий?

— Да, если суд признает подсудимого виновным в совершенном преступлении и удовлетворит предъявленный потерпевшим гражданский иск, данному лицу придется возместить потерпевшему причиненный ущерб. Отметим, что выплата штрафа не освобождает от этой обязанности.

В случае, когда обвиняемый признаёт свою вину в совершении преступления, ущерб следует возместить до вынесения приговора, так как это может повлиять на назначенное наказание, кроме того, только при полном или частичном погашении ущерба возможно условно-досрочное освобождение от наказания.

При какой сумме ущерба возможно привлечение к уголовной ответственности за преднамеренное неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности (ч.5 ст.159 УК РФ)?

— Лицо может быть привлечено к уголовной ответственности по ч.5 ст.159 УК РФ в случае, если сумма ущерба превышает 10 тысяч рублей.

С какого размера похищенных денежных средств наступает ответственность по ст. 159 ук рф?

— Уголовная ответственность по ст. 159 УК РФ наступает с 2 500 рублей. Если сумма похищенного составляет менее 2 500 рублей, то лицо может быть привлечено к уголовной ответственности по ст. 158.1 УК РФ при условии привлечения его к административной ответственности за мелкое хищение.

Кто расследует уголовные дела по мошенничеству?

— Уголовные дела по мошенничеству относятся к так называемой альтернативной подследственности и могут расследоваться следователем того органа, который выявил преступление. В большинстве случаев уголовные дела по ст. 159 УК РФ расследуются следователями органов внутренних дел, но нередко подобные дела расследуются следователями Следственного комитета России и ФСБ РФ.

Возможно ли прекращение уголовного дела о мошенничестве в связи с примирением сторон?

— Прекращение в связи с примирением с потерпевшим допускается только по уголовным делам, возбужденным по ч. 1 и ч. 2 ст. 159 УК РФ, ч. 5 ст. 159 УК РФ, также по чч. 1 и 2 ст. 159.1-159.6 УК РФ.

Преступление должно быть совершенно впервые, то есть у обвиняемого не должно быть судимости за ранее совершенное преступление, иначе освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон не допускается.

Любой ли обман, в результате которого причинен материальный ущерб потерпевшему, следует квалифицировать как мошенничество?

— Разумеется, нет. Мошенничество – это прежде всего хищение, ему присущи все признаки хищения, указанные в примечании к ст. 158 УК РФ, в том числе безвозмездность изъятия, противоправность и корыстный мотив.

Если в деянии нет признаков хищения, то нет и мошенничества, даже если обман как таковой имел место быть. Обман или злоупотребление доверием есть лишь способ совершения хищения, свойственный для мошенничества.

Но в любом случае прежде всего необходимо установить, а было ли хищение, и лишь при его наличии можно судить о том, в какой форме хищение совершено.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *