О производстве аудио- и видеофиксации судебного заседания

Закон предусматривает возможность фотографирования, аудио- и видеозаписи, киносъемки хода судебного заседания. Эти материалы становятся неотъемлемой частью протокола судебного заседания (ч. 5 ст. 259 УПК).

Как счел Конституционный Суд РФ, фиксация хода судебного разбирательства с помощью технических средств, указанных в ч. 5 ст. 259 УПК, является лишь факультативным средством обеспечения полноты и объективности протокола судебного заседания.

Она осуществляется секретарем судебного заседания как лицом, действующим в официальном качестве (определение от 24.12.2013 №  2061-О).

В свою очередь, Верховный Суд РФ конкретизировал, что доказательственное значение имеет лишь та аудиозапись, которая получена в результате применения технических средств самим судом, разрешающим дело, а не другими участниками процесса, которым право осуществления такой фиксации предоставлено законом лишь с целью использования и реализации их процессуальных прав (кассационное определение от 22.06.2011 №  45-О011-63СП, апелляционное определение от 06.07.2017 №  13-АПУ17-4СП).

Анализ практики показывает, что суды отказывают в приобщении к материалам дела аудиозаписи заседания, произведенной по инициативе стороны защиты, в связи с тем, что суд не принимал решения о производстве фиксации процесса в порядке ч. 5 ст. 259 УПК, что, в свою очередь, исключает проверку аутентичности аудиозаписей защиты (кассационное определение ВС РФ от 15.05.2013 №  66-О13-31СП).

Тем не менее представляется, что суд вышестоящей инстанции обязан приобщить к материалам уголовного дела аудиозапись судебного заседания, если она может служить подтверждением доводов ходатайства стороны о незаконности и противоправности действий процессуальных оппонентов и (или) состава суда, которые могут указывать на нарушение фундаментальных основ правосудия (нарушение принципа состязательности и равноправия сторон, отсутствие беспристрастности суда и т. д.).

Такой вывод основан на позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 24.03.2015 №  678-О.

Как отметил КС РФ, уголовно-процессуальный закон не содержит запрета на то, чтобы результаты аудиозаписи, фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки, полученные в соответствии с положениями ч. 5 ст.

241 УПК лицами, присутствующими в открытом судебном заседании, могли быть представлены сторонами в суд апелляционной инстанции в качестве дополнительных материалов.

Реализацию этой позиции можно найти в практике Верховного Суда РФ.

По одному из дел защитник в судебном заседании суда апелляционной инстанции заявил ходатайство о приобщении к материалам дела аудиозаписи заседания суда первой инстанции с заключением специалиста, которое подтверждало конструктивную целостность записи.

По утверждению защитника, содержание аудиозаписи указывало на несоответствие протокола судебного заседания требованиям законодательства, а также свидетельствовало о том, что председательствующий по уголовному делу совместно с государственным обвинителем оказывал незаконное воздействие на присяжных.

Верховный Суд РФ, приобщив данную аудиозапись к материалам дела, дал ей правовую оценку, которая нашла свое отражение в мотивировочной части апелляционного определения (определение от 29.09.2016 №  5-АПУ16-45СП).

Конституционный суд России: отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения

Вопрос, обязаны ли суды прослушивать аудио и просматривать видеозаписи в ходе уголовных процессов, был поставлен мною несколько лет тому назад перед Верховным и Конституционным судами, то есть задолго до нашумевшего решения судьи Криворучко, отказавшего защите Павла Устинова в просмотре видеозаписей.

Статья 284 УПК РФ устанавливая, что вещественные доказательства должны быть осмотрены в суде, не содержит требования об их исследовании с применением технических средств с целью извлечения информации, недоступной при простом визуальном осмотре.

Именно этим и воспользовалась во время судебного процесса в 2013 году в отношении меня (в то время начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры) судья Мещанского суда Гудошникова Е., которая разрешила по ходатайству защиты осмотреть (визуально) CD диски с аудио и видеозаписями, приобщенные следствием в качестве вещественных доказательств, но отказала в их прослушивании и просмотре.

Мосгорсуд и Верховный суд в свою очередь на последующие апелляционные и кассационные жалобы разъяснили, что требования ст. 284 УПК РФ об осмотре вещественных доказательств судьей были соблюдены.

Конституционный суд, куда я обратился, пошел еще дальше, фактически сделав вывод, что отказ от исследования в суде видео и аудиозаписей допускается, если вина подсудимого подтверждена доказательствами обвинения.

Ходатайство защиты о прослушивании аудиозаписей дважды было заявлено в суде первой и апелляционной инстанциях не просто формально, а со ссылкой на то, что следователь ГСУ СК по Москве Лопаткин во время составления протоколов осмотра (стенограмм) не только дополнил «в интересах следствия» сказанное и несказанное на этих аудиозаписях, но и скрыл зафиксированный факт телефонного звонка и разговора, «обнародование» которого в суде подтверждало доводы защиты о подстрекательских действиях заявителя – адвоката Ивана Кидяева и сотрудников ГУЭБиПК МВД РФ (арестованных через полгода за проведение аналогичных ОРМ, но уже в отношении сотрудника ФСБ).

Стоит ли говорить, что в обвинительном приговоре 13 декабря 2013 года судья Гудошникова Е.А., обосновывая вину, сослалась на аудио и видеозаписи разговоров и протоколы (стенограммы) осмотра CD дисков, составленные следователем Лопаткиным.

Пройдя все судебные инстанции и не добившись соблюдения/восстановления права на прослушивание в суде аудиозаписей, следующим моим шагом было обращение в Конституционный суд РФ.

Так как все судебные инстанции, включая Верховный суд, заявили о соблюдении требований ст. 284 УПК РФ при простом визуальном осмотре CD дисков, напрашивался только один вывод, что эта статья УПК РФ не в полной мере соответствует Конституции РФ и обеспечивает защиту прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом.

Нередко Конституционный суд при рассмотрении обращений на нарушение прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, при его соответствии Конституции, отказывая в рассмотрении жалоб делают вывод, что этот закон просто неправильно был применен в конкретном деле.

Не скрою, особых иллюзий на то, что положения ст. 284 УПК РФ будут признаны противоречащими Конституции я не питал.

Надежда была на очевидный и логичный вывод в определении об отказе в рассмотрении жалобы, что суд первой инстанции неправильно применил положения этой статьи в моем деле.

В последующем это давало бы мне возможность апеллировать к определению Конституционного суда при обжаловании приговора в Верховном суде.

Мотивировка обращения в Конституционный суд была проста.

Осмотр вещественных доказательств является простым способом их исследования, при котором суд, а также иные лица с помощью своих органов чувств непосредственно убеждаются в существовании, характере и внешних индивидуальных признаках (размеры, форма, цвет и др.) определенных предметов материального мира, связанных с обстоятельствами уголовного дела.

Для визуализации индивидуальных свойств, признаков и видимых, маловидимых и невидимых следов преступления, извлечения невидимой информации необходимо применение технических средств при осмотре вещественных доказательств.

В конкретном моем деле нормы уголовно-процессуального законодательства и сложившаяся ситуация не позволила осмотреть в суде вещественные доказательства — CD диски с применением компьютерной техники путем прослушивания аудиозаписей и извлечения информации из свойств аудиофайлов о дате их создания, и как следствие, — обратить внимание суда на обстоятельства, имеющие значение для дела.

Конституционный суд своим определением от 24 ноября 2016 года ожидаемо отказал в принятии моей жалобы к рассмотрению, не увидев никакой неопределенности при применении ст. 284 УПК РФ, указав, что она применяется во взаимосвязи с иными нормами уголовно-процессуального кодекса.

Далее, судьи Конституционного суда, разгадав мой нехитрый план и не желая подставлять коллег по цеху, а так же давать мне определенные козыри, указали в своем определении, что «настаивая на прослушивании аудиозаписей в судебном заседании, Д.В.

Евдокимов утверждал об имевшей место со стороны сотрудников правоохранительных органов провокации на совершение преступления.

Между тем данный довод был исследован судами и получил оценку исходя из совокупности собранных по уголовному делу доказательств».

Тем самым, Конституционный суд не только уклонился от вывода, что в моем деле неправильно была применена ст. 284 УПК РФ при отказе судом в прослушивании аудиозаписей, но и фактически сделал вывод, что суду не обязательно было прослушивать аудиозаписи, так как мой довод о провокации был опровергнут совокупностью других доказательств обвинения…

Аудио- и видеозаписи как доказательства в трудовом споре

Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Что нужно предпринять? Какие документы подписать с работником и как запросить его согласие? Возможно ли использование в суде стихийной видеосъемки на камеру мобильного телефона или аудио­записи переговоров с работником во время сложного увольнения? Можно ли отказаться от согласия на аудиозапись, чтобы потом суд не принял ее в качестве доказательства? Как составить текст ходатайства? Нужно ли делать расшифровку и пр.?

Не сложно представить ситуацию, когда сотрудник и работодатель оказались по разные стороны баррикад и дело дошло до суда. Каждый будет пытаться любыми способами доказать свою правоту и убедить судью, что именно он прав в спорной ситуации.

И нередко стороны в доказательство неправомерного поведения второй стороны приносят в суд аудио- и видеозаписи.

Работодатели устанавливают камеры видеонаблюдения в офисных и рабочих помещениях, а работники, когда дело «пахнет жареным» (конфликтом), не выпускают из рук телефоны, тщательно фиксируя на диктофон все разговоры.

Но судебные органы обязаны руководствоваться не только словами и объяснениями сторон или свидетелей, но и иными доказательствами, которые помогут установить фактические обстоятельства дела. Поэтому необходимо разобраться, будут ли к числу таких доказательств относиться аудио- и видеозаписи. Выясним, какие требования имеются к таким записям, чтобы их можно было предъявить в суд.

Согласно абз. 1 ч. 1 ст.

Читайте также:  Кассационная жалоба на приговор по ст. 139 УК РФ

 55 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), доказательства – это полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ).

Таким образом, закон позволяет сторонам конфликта доказывать свою позицию, в том числе с помощью аудио- и видеозаписей.

Если сотрудник или работодатель планируют предъявить в суд такую запись, следует заранее уточнить, есть ли в суде возможность прослушивания или просмотра записи.

На практике может не оказаться необходимого ноутбука или телевизора. В этом случае стороне желательно самостоятельно позаботиться о предоставлении средства связи.

Лицо, которое направляет в суд аудио- и (или) видеозапись на электронном или ином носителе, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись (ст. 77 ГПК РФ).

Судебная практика

Суд исключил из состава доказательств представленную аудиозапись переговоров истицы с ответчиком, поскольку не было указано, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись.

Доказательств законности получения данной аудиозаписи также не имеется. Таким образом, аудиозапись разговора сторон не отвечала требованиям положений ст.

 77 ГПК РФ (апелляционное определение Московского городского суда от 22.08.2016 по делу № 33-29583/2016).

В другом деле истица пыталась доказать принуждение к увольнению по собственному желанию и просила суд приобщить стенограмму аудиозаписи служебного разговора между ней и руководителем. Суд отказал в ее просьбе и указал, что запись велась с нарушением ст. 23, 24 Конституции РФ, а также ст. 77 ГПК РФ.

Видно, что запись не содержит информации, из которой можно было бы установить время, место и условия, при которых она осуществлялась, сведения о выполнявшем ее лице.

Кроме того, суд отметил, что для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства, суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, оценивает допустимость и относимость представленных доказательств (апелляционное определение Московского городского суда от 30.07.2015 по делу № 33-26927/15).

Как видите, суд довольно строг в отношении такого рода доказательств. Если во время записи не были соблюдены требования закона к порядку оформления записи, то она может быть исключена из числа доказательств по делу. В этом случае сотрудник или работодатель уже не смогут ссылаться на разговор на пленке.

Следует обратить внимание на нормы Конституции РФ, на которые в одном из указанных дел ссылался суд. Согласно ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. А в ч. 1 ст. 24 Конституции РФ отмечено, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Указанные требования закона защищают граждан от незаконного вторжения в их частную жизнь, обнародования личной переписки и незаконной слежки.

Давайте разберемся, можно ли установить в офисе организации скрытые камеры видеонаблюдения.

Если не уведомить сотрудников о том, что за ними ведется видеонаблюдение, это можно считать негласным получением информации. Согласно ч. 6 ст. 6 Федерального закона от 12.08.

1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД), запрещено использование технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не уполномоченными на то физическими и юридическими лицами. Такое право предоставляется только оперативным подразделениям госорганов, наделенных полномочиями законом (ст. 1 Закона об ОРД).

Компании не относятся к числу лиц, которым разрешается вести скрытое видеонаблюдение. Поэтому слежка за сотрудниками будет вне закона. Записи, полученные подобным образом, нельзя будет использовать в суде в качестве доказательств.

Видеонаблюдение в офисе

  • Как узаконить видеозапись, чтобы в дальнейшем можно было ее использовать в качестве доказательства в суде? Работодателю следует предпринять следующие действия (Схема 1):
  • 1) издать приказ о введении системы видеонаблюдения в компании с указанием даты начала эксплуатации видеокамер. Приказ можно оформить в произвольной форме (Пример 1);
  • 2) получить от работников в письменном виде согласие на ведение видеосъемки (Пример 2);

3) разработать и утвердить отдельный локальный нормативный акт (например, Положение о системе видеонаблюдения в организации), в котором определить, где ведется видеозапись, время съемки (например, с 09.00 до 18.

00), цель установления камер, сроки хранения видеозаписей, в каком порядке они подлежат уничтожению;

4) внести изменения в Правила внутреннего трудового распорядка (ПВТР) (Пример 3) и Положение о персональных…

Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

Надо понимать, что ранее это было, согласно УПК РФ, только правом, с момента вступления изменений в силу это стало обязанностью. В свою очередь новое положение дел может способствовать и стороне защиты, и адвокатам, оказывающим помощь. Доверителям, потерпевшим.

«Ранее адвокаты тоже имели право вести аудиозапись на открытом судебном заседании. Но когда адвокат писал замечания и прикладывал свою аудиозапись, суд, как правило, относился к этому критически», — рассказывает адвокат Евгений Эрлихман.

Интересно, что с новыми изменениями, для того чтобы получить аудиозапись, теперь адвокат должен подать ходатайство. На основании аудиозаписи, произведённой судом, адвокат вправе подавать замечания.

«Такой аудиозаписи суд уже не может не доверять. Адвокат может использовать имеющиеся данные на этой аудиозаписи в интересах своих доверителей. Таким образом, становятся более обоснованными замечания на протокол судебного заседания. У председательствующего, как раньше, уже не получится просто так отмахнуться от замечаний защиты», — говорит адвокат Евгений Эрлихман.

Замечания на протокол становятся более весомыми. Простое расхождение протокола с аудиозаписью, произведённой судом, уже не может быть просто не принято во внимание. Это позволяет уже на этапе процесса в суде первой инстанции значительно облегчить жизнь стороне защиты.

«Случайно или не случайно были допущены ошибки в протоколе, не имеет никакого значения. Достаточно ссылки на запись процесса. Более того, теперь и запись судебного приговора возможно обоснованно сравнить с текстом на выходе», — говорит адвокат Евгений Эрлихман.

До принятия изменений в кодекс многими защитниками были замечены значительные расхождения того, что происходило в суде с текстом протокола заседания. Из материалов пропадали целые блоки, которые потом могли бы стать весомым аргументом, например, в суде апелляционной инстанции.

«То, что написано в приговоре, должно быть озвучено. В ином случае мы будем иметь дело с банальной несправедливостью по отношению к обвиняемым, если не сказать больше. Если такие расхождения себе позволяет судебная система, то это непременно является причиной для отмены приговора», — говорит адвокат Евгений Эрлихман.

Вывод один. Теперь, благодаря новым изменениям, уже не получится в текстовый вариант приговора просто так добавить целые абзацы и предложения, которые не были озвучены.

аудиозапись как доказательство | КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

Когда суд примет во внимание аудиозапись в качестве доказательства? Конституция гарантирует неприкосновенность личной жизни и в то же время дает право защищаться всеми законными способами. Судам приходится находить грань между двумя нормами, оценивая аудиозаписи одной из сторон спора. Закон предъявляет к ним и другие требования, которые могут зависеть от вида процесса – гражданского, арбитражного, уголовного. Есть и аудиопротоколирование, которое может вести сам суд. Какую роль эти доказательства могут сыграть в отдельно взятых делах?

В декабре 2016 года Верховный суд разрешил ссылаться на аудиозапись телефонного разговора, сделанную без ведома собеседника. Случилось это в деле в деле № 5-КГ16-18, в котором истица Анна Стаханова* требовала возврата 1,5 млн руб. займа и почти столько же процентов с супругов Евгении и Игоря Белых*.

Заем в свое время оформили на мужа, но требовался он для бизнеса жены, поэтому Стаханова указала в заявлении обоих ответчиков. Общность долга она решила подтвердить аудиозаписью телефонного разговора с Евгенией Белых.

Но Тверской областной суд не смог установить, относится ли к делу это доказательство, поскольку «носитель процессуально не оформлен, нет указаний, где, кем и при каких условиях производилась запись», и к тому же сама Белых не давала на это согласия (определение 33-798 от 16 февраля 2016 года).

Нельзя помимо воли распространять сведения о личной или семейной тайне, объяснил облсуд.

Здесь запрет не работает, возразил Верховный суд и объяснил, почему: запись вела одна из участниц разговора, а сам он касался обстоятельств договора между ними. Дело отправилось на новое рассмотрение (см. «Больше ни звука: будет ли доказательством аудиозапись, сделанная без уведомления, решал ВС»). С одной стороны, ст.

24 Конституции запрещает собирать, хранить и использовать информацию о частной жизни лица без его согласия, комментирует адвокат Курбан Магомедов из АБ «Адвокат Про». С другой стороны, ч. 2 ст. 45 дает право защищать свои права и свободы всеми законными способами, цитирует Магомедов.

Поэтому, продолжает он, судебная практика предъявляет к таким доказательствам несколько требований:

  • аудиозаписи должны быть необходимы для защиты нарушенного права;
  • вести запись должно то самое лицо, право которого нарушено;
  • из устройства для записи можно извлечь носитель (карту памяти) на случай, если нужно провести экспертизу.

Говорим «аудиозапись» – подразумеваем «экспертиза»: именно она подтверждает, что содержанию файла можно верить.

В деле Стахановой и Белых может быть поставлен вопрос о достоверности тайной записи, тогда суду придется и с этим разбираться, рассуждает адвокат Вадим Клювгант, член Совета АП Москвы.

Поэтому он пока не считает очевидной судьбу их спора, хотя признает, что позицию ВС «можно понять».

Вопрос экспертизы аудиофайла может быть поставлен не только в гражданском, но и в арбитражном, и в уголовном процессе. Но отношение к нему и вообще к такому виду доказательств во многом зависит от специфики отрасли.

Читайте также:  Уменьшение алиментов: основание для снижения удерживаемых сумм

Гражданский процесс: точность подхода

Гражданский процессуальный кодекс прямо называет аудио- и видеозаписи в числе доказательств. Как показывает сервис Caselook, с их помощью чаще всего подтверждают долги по займам и зарплате, а иногда – наличие договора, не заключенного письменно (к примеру, трудового). Подобные доказательства используются и в некоторых делах об административных правонарушениях.

Ст. 77 Гражданского процессуального кодекса обязывает указать, когда, кем и в каких условиях проводились аудиозаписи. Эти сведения приводятся в ходатайстве о приобщении или истребовании записей, говорит директор юргруппы «Яковлев и Партнеры» Анастасия Рагулина.

Из записей должно быть ясно, кто ведет беседу и о чем, чтобы у суда не оставалось сомнений, что речь идет о том самом обязательстве между теми же сторонами. Если связь неочевидна, доказательство отклоняется. Диалоги должны быть как можно более информативны.

Это ясно на примере дела № 2-926/2016 [2-5566/2015], в котором Игорь Четверях* отбивался от требований Петра Быквенко* вернуть долг по расписке. Ответчик настаивал на том, что отдал деньги, но оригинал расписки не получил. Свои слова он подтвердил аудиозаписью беседы с Быквенко.

Тот возражал против использования этого доказательства: во-первых, он не давал согласия на фиксацию разговора, во-вторых, утверждал, что речь шла о другом долге – за пользование нежилым помещением. Договор на его аренду Быквенко предъявил суду.

Судья Первореченского районного суда Владивостока Ольга Бурдейная встала на сторону ответчика и отклонила иск.

Суммы и даты, о которых идет речь, соответствуют договору займа, а в договоре аренды они совсем другие, пояснила она. Четверях имел право записывать беседу, поскольку сам принимал в ней участие.

А Быквенко подтвердил разговор и не ставил под сомнение подлинность аудиозаписи, отметила Бурдейная. Апелляция согласилась с этими выводами.

Арбитражный процесс: что написано пером

В арбитражном процессе «царь» доказательств – документ, поэтому аудиозаписи не получили широкого распространения.

Если письменные доказательства противоречат записанным разговорам – суд склонен отдавать предпочтение бумагам, как показывает пример дела № А34-2244/2015, в котором ООО «Джемир-Курган» требовало от «Профессиональной финансовой индустрии» 1 млн руб. долга за проданный товар.

Поскольку накладные были подписаны неуполномоченным лицом, истец решил подтвердить поставку аудиозаписью. Ее суд счел недопустимым доказательством, поскольку передача товара должна подтверждаться документами. А такие бумаги, как акт сверки, как раз говорили о том, что спорных поставок не было. Поэтому суды отклонили требования истца.

Впрочем, все зависит от категории дела и цели доказывания. В деле № А63-8951/2015 о продаже контрафактных раскрасок «Маша и медведь» 16-й Арбитражный апелляционный суд сформулировал, что «видеозапись (скрытая съемка) является надлежащим доказательством по делу, подтверждающим получение сведений о фактах, на основании которых арбитражный суд делает вывод, обоснованы ли требования истца».

Аудиозапись ведет и сам суд – согласно п. 1 ст. 155 Арбитражного процессуального кодекса, это основной метод протоколирования судебных заседаний. П. 7 этой статьи дает участникам процесса право прослушать файл суда и принести на него свои замечания.

К ним можно приложить свою запись того же самого процесса. Кроме того, если голоса на аудиопротоколе очень плохо различимы, есть серьезные помехи или вовсе тихо – это серьезное основание отменить решение суда. Но ситуации бывают и более интересные.

В деле № А32-19655/2015 судебный протокол «помог» компании «Южный арсенал» добиться пересмотра дела о налоговом правонарушении. Когда слушания в АС Краснодарского края возобновились после перерыва, заявитель представил новые доказательства. Судья Анна Хмелевцева приняла их, но тут же не исследовала.

Затем, по словам заявителя, она сообщила, «что не определилась, объявит еще один перерыв или сообщит о решении по телефону». Но так и не позвонила, хотя в итоге написала решение об отказе – гораздо позже положенного срока.

Юристы «Южного арсенала», ознакомившись с делом, обнаружили, что аудиопротокола в деле нет, и оспорили решение Хмелевцевой в Арбитражном суде Северо-Кавказского округа. «С помощью аудиозаписи могли бы быть зафиксированы сведения, важные для принятия судебного акта», – указала в жалобе компания, и кассация с ней согласилась.

Дело было отправлено на пересмотр. Если на первом круге «Южный арсенал» потерпел поражение, то во второй раз Хмелевцева частично удовлетворила его требования.

Гражданский и уголовный процесс: призрачные протоколы

Если в арбитражном процессе аудиозаписи обязательны, суды могут изучать их и ссылаться, то в судах общей юрисдикции ситуация иная. ГПК предусматривает запись лишь при технической возможности, УПК – использование для полноты протокола «технических средств».

Наиболее острой проблемой в уголовном процессе Клювгант считает отказ судов вести аудиопротоколирование заседаний и их нежелание признавать доказательством такую запись, сделанную защитой.

По его словам, уже давно были подготовлены изменения в УПК о том, что суд обязан вести аудиозапись процесса, «но законопроект, как водится, где-то застрял».

Если точнее – первое чтение он прошел в октябре 2014 года, спустя два года назначили ответственный за доработку комитет, и с тех пор новостей нет.

Между тем суды общей юрисдикции получали аппаратуру в рамках второй и третьей целевых программ «Развитие судебной системы России», которые были утверждены еще в 2006 и 2012 годах.

Тем не менее, отмечало Правительство в 2014 году, аудиосистемами оснащено лишь 40% судов общей юрисдикции, видеосистемами – около 10%. «В казне были выделены деньги на оборудование для аудиозаписи в залах судебных заседаний, только оно почему-то там не используется», – комментирует Клювгант.

Из документации к законопроекту следует, что процесс технического оснащения растянется еще на несколько лет – завершить его планируют в ходе выполнения программы «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы».

Кроме того, в марте 2016 года Госдума приняла в первом чтении два законопроекта о видеосъемке судебных заседаний. Она станет обязательной с 1 января 2018 года для федеральных судов и с 1 января 2019 года – для мировых судей, если даты не поменяются ко второму чтению.

Тогда же надо будет определиться, имеет ли видеозапись такое же доказательственное значение, как и письменный протокол, и может ли ее отсутствие вести к отмене решения суда, пояснял первый зампредседатель Комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Сергей Фабричный.

Пока видеозаписи – единичная практика: видеопротоколы и трансляции ведет, например, Мосгорсуд. 15 декабря 2016 года трансляцию впервые провел Дорогомиловский районный суд.

Всеобщие изменения назрели, поскольку быват, что протокол заседания не соответствует тому, что на нем происходило, отмечает управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и Партнеры» Сергей Бородин. По его мнению, в законе достаточно закрепить два простых положения:

  • суд обязан вести аудиозапись;
  • она является приложением к протоколу судебного разбирательства (это позволит сторонам с ними знакомиться и автоматически снимает ряд вопросов о его надлежащем заполнении).

Пока же защите, недовольной содержанием протокола, остается лишь ходатайствовать о приобщении к делу собственной аудиозаписи заседания. Правда, суд может не увидеть в этом необходимости, поскольку протокол ведется «полно и правильно», рассказывает Бородин.

Если технические средства использует суд, то он обеспечивает полноту протокола судебного заседания, а вот защитник может фиксировать процесс исключительно для удобства своей работы, объясняет логику Бородин.

Он также цитирует определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 16 июня 2015 года № 14-АПУ15-3СП. Из него следует, что аудиозапись защиты – это не повод ставить под сомнение содержание протокола. Ведь ее вела только одна из сторон в процессе.

А это с учетом состязательности процесса и заинтересованности «не гарантирует полноту, объективность и достоверность аудиоинформации».

Уголовный процесс: достоверность и допустимость

В силу очевидных причин аудио- и видеозаписи получили распространение именно в уголовном процессе.

По коррупционным составам и делам о вымогательстве аудиозапись является весомым аргументом при установлении вины, приводит пример Дарья Константинова, партнер бюро «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры».

Такие доказательства все чаще предлагают не только правоохранительные органы, но и граждане, и их защитники, делится адвокат, председатель комиссии защиты прав адвокатов Алексей Иванов. Это могут быть данные с видеорегистраторов, записи уличных камер и тому подобное, перечисляет он.

Чтобы запись можно было использовать в суде, нужно установить ее подлинность, рассказывает Рагулина. Подтвердить ее может эксперт, который устанавливает невозможность монтирования или подделки в целом.

Также важны привязки к месту и времени, продолжает Рагулина.

Читайте также:  Иск об обязании выдать градостроительный план

Запись следует как можно быстрее направить следственной группе и уделить внимание ее оформлению – или протоколом выемки, или приложением к протоколу допроса, советует руководитель «Яковлева и партнеров».

Кроме достоверности, проверяют еще и соблюдение всех требований законодательства при получении аудио- и видеозаписей (в том числе в ходе оперативно-разыскной деятельности), говорит Клювгант.

При этом надо помнить, что защита вправе использовать все способы, не запрещенные законом, а сторона обвинения может делать лишь то, что ей прямо разрешает закон, подчеркивает адвокат. Следователь или суд могут признать запись недопустимой [полученной с нарушением УПК – «Право.

ru»], но это, как правило, связано с невозможностью убедиться в ее подлинности и достоверности, продолжает Константинова. По ее словам, запись потерпевшего или иного лица, так называемая «инициативка», по сложившейся практике признается допустимым доказательством.

«Бывали случаи, когда фигурант сам записывал свои незаконные действия, потом это находили во время обыска и использовали как доказательство», – делится Константинова.

Иванов, наоборот, считает, что приобщить аудио- или видеоматериал к уголовному делу непросто, однако есть разные способы этому противостоять: например, использовать заключение специалиста. Но даже если запись попала в дело – это не гарантия того, что ее примут во внимание при вынесении итогового решения, отмечает Иванов.

Его печалит и то, что адвокат, в отличие от следователя, лишен возможности фиксировать следственные действия. Если защитник сделает запись в тайне от следователя, она не будет иметь перспектив «по самым разнообразным и абсурдным основаниям», сетует Иванов.

А ведь она могла бы решить многие проблемы, например, помочь бороться с незаконным давлением (нередко признательные показания «вымогаются» под угрозой заключения в СИЗО, и так далее).

  • – имя и фамилия изменены редакцией

Евгения Ефименко. Право. ру.

В силу части 6 статьи 155 апк рф материальный носитель аудиозаписи судебного заседания приобщается к протоколу

  • В соответствии с частью 1 статьи 155 АПК РФ в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме, при этом согласно части 2 статьи 155 АПК РФ протокол является дополнительным средством фиксирования данных о ходе судебного заседания.
  • Как следует из приведенных положений Кодекса, аудиозапись является основным средством фиксирования сведений о ходе судебного заседания, а также средством обеспечения открытости судебного разбирательства.
  • В случае неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, иных участников арбитражного процесса протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи не осуществляется и средством фиксирования данных о ходе судебного заседания является протокол судебного заседания, в котором делается отметка о неявке в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса и об отсутствии в связи с этим аудиозаписи судебного заседания (пункт 9 части 2 статьи 155 АПК РФ).
  • Протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи не осуществляется и тогда, когда дело (заявление, ходатайство) рассматривается судом без извещения лиц, участвующих в деле (без вызова сторон).

В предварительном судебном заседании протоколирование с использованием средств аудиозаписи обязательно, если присутствует только одна из сторон. В других случаях в предварительном судебном заседании протоколирование с использованием средств аудиозаписи может вестись, например, в случае необходимости зафиксировать какие-либо обстоятельства или отразить результаты совершения процессуальных действий.

Согласно части 2 статьи 266 АПК РФ протокол ведется в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда апелляционной инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания по правилам, предусмотренным статьей 155 АПК РФ. Судам следует исходить из того, что протоколирование судебного заседания в суде апелляционной инстанции осуществляется с использованием средств аудиозаписи.

Протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи в федеральном арбитражном суде округа осуществляется при рассмотрении заявлений о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, а также при рассмотрении кассационных жалоб лиц, не участвовавших в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт (статья 42 АПК РФ). Протоколирование судебного заседания суда кассационной инстанции с использованием средств аудиозаписи по усмотрению суда также может вестись и в других случаях, при этом протокол в письменной форме не составляется.

Как следует из части 4 статьи 155 АПК РФ, протокол составляется секретарем судебного заседания или помощником судьи, который обеспечивает использование средств аудиозаписи и (или) иных технических средств в ходе судебного заседания.

При отсутствии в арбитражном суде секретарей судебного заседания, для которых ведение протокола является основной функцией (часть 4 статьи 58 АПК РФ), указанные действия осуществляются помощниками судей.

Протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи ведется в ходе судебного заседания непрерывно (часть 6 статьи 155 АПК РФ).

Если выявлено, что вследствие технических неполадок протоколирование с использованием средств аудиозаписи фактически не осуществляется, суд объявляет перерыв в судебном заседании.

После окончания перерыва судебное заседание продолжается с момента, когда произошел сбой аудиозаписи.

Не является перерывом в протоколировании остановка аудиозаписи с момента объявления присутствующим в зале судебного заседании об удалении суда для принятия решения (статья 166 АПК РФ) и до момента объявления решения (статья 176 АПК РФ) либо возобновления судебного разбирательства (часть 3 статьи 168 АПК РФ).

При применении положений частей 6 — 9 статьи 155 АПК РФ арбитражным судам необходимо иметь в виду, что файлы аудиозаписи судебных заседаний сохраняются в информационной системе арбитражного суда (кроме случаев, когда разбирательство дела производится в закрытом судебном заседании в целях недопущения разглашения государственной тайны). В указанных случаях файлы аудиозаписи закрытых судебных заседаний записываются на автономном техническом устройстве, зарегистрированном в установленном порядке в качестве носителя информации, содержащего сведения, составляющие государственную тайну, и хранятся исключительно на оптическом диске.

Материальным носителем аудиозаписи судебного заседания является оптический диск, на котором записана информация о ходе судебного заседания (судебных заседаний) и который обеспечивает возможность сохранения этой информации в неизменном виде. Материальный носитель приобщается к протоколу — помещается в материалы дела после завершения производства по делу в суде соответствующей инстанции.

До завершения производства по делу материальный носитель аудиозаписи судебного заседания помещается в материалы дела, если определение арбитражного суда обжаловано отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, и необходимо направить в суд вышестоящей инстанции материалы дела, имеющие непосредственное отношение к этой жалобе.

В указанном случае файлы аудиозаписи последующих судебных заседаний при рассмотрении дела в суде той же инстанции сохраняются в информационной системе арбитражного суда и впоследствии записываются на тот же материальный носитель в дополнение к имеющимся либо после завершения производства по делу осуществляется запись на новый материальный носитель всех файлов аудиозаписи судебных заседаний по данному делу.

  1. Ознакомление лиц, участвующих в деле, с аудиозаписью судебного заседания производится в здании суда путем предоставления таким лицам возможности прослушивания соответствующей аудиозаписи, имеющейся в информационной системе суда.
  2. Ознакомление с аудиозаписью закрытого судебного заседания производится в порядке, установленном для ознакомления с документальными материалами дела, разбирательство которого осуществляется в закрытом заседании.
  3. Согласно части 9 статьи 155 АПК РФ по письменному ходатайству лица, участвующего в деле, и за его счет может быть изготовлена копия аудиозаписи судебного заседания.
  4. При применении данного положения судам следует учитывать, что плата за изготовление судом копии аудиозаписи законодательством Российской Федерации не предусматривается, но материальный носитель для изготовления такой копии предоставляется лицом, заявившим указанное ходатайство.
  5. Уплата государственной пошлины при подаче ходатайства об изготовлении копии аудиозаписи судебного заседания Налоговым кодексом Российской Федерации не предусмотрена.
  6. В соответствии с пунктом 6 части 4 статьи 270, пунктом 6 части 4 статьи 288 АПК РФ отсутствие в деле протокола судебного заседания в любом случае является основанием для отмены судебного акта.
  7. Если на судебный акт подана апелляционная (кассационная) жалоба, содержащая доводы относительно отсутствия аудиозаписи судебного заседания на материальном носителе, в то время как посредством аудиозаписи были зафиксированы сведения, послужившие основанием для принятия этого судебного акта, а арбитражный суд установит, что файл аудиозаписи судебного заседания, сохраненный в информационной системе арбитражного суда, утрачен и не может быть восстановлен, данное обстоятельство является основанием для отмены судебного акта в любом случае применительно к пункту 6 части 4 статьи 270 или пункту 6 части 4 статьи 288 АПК РФ соответственно.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *