Жалоба в Европейский суд по делу об убийстве, ч.1 ст.105 УК РФ

Жалоба в Европейский суд по делу об убийстве, ч.1 ст.105 УК РФ

При расследовании убийства потерпевшие, как правило, занимают активную позицию. Соответственно, подзащитному требуется высоко профессиональная квалификация адвоката и все его навыки по участию в предварительном следствии.

При обвинении по ст.105 УК РФ не только уголовно наказание максимально высокое, но и вероятность ошибки — наиболее высокая, т.к. косвенные улики — основная доказательственная база по убийствам.

При этом не исключаются и ситуации, когда человека задерживают на месте преступления с явными признаками его совершения.

Ведь установление мотивов, психологического состояния и прочих субъективных факторов в ходе предварительного следствия по убийству (статье 105 УК) находятся на первом плане.

Какие доказательства фигурируют по делам об убийствах? О следственных манипуляциях с оружием — в любом кино расскажут и покажут. Мы остановимся на «неинтересных», но не менее важных доказательствах по уголовным делам, помимо стандартного набора, в который входят психиатрическая экспертиза обвиняемого, судебно-медицинская экспертиза жертвы преступления, осмотр места происшествия, обыски.

Первый блок доказательств — телефонные детализации (или биллинги). Участвуя в уголовном деле по статье 105 УК РФ необходимо уметь анализировать биллинги самостоятельно, не полагаясь на следствие. В нашей практике в одном из уголовных дел были истребованы биллинги номеров телефонов подозреваемого, потерпевшей, свидетелей.

Анализ телефонных детализаций показал, что показания нескольких свидетелей о том, что вечером 16 июля подозреваемый приезжал к ФИО-1, где они выпили по бутылке пива, а затем, около 21 часов поехали к ФИО-2 в гости, где и оставались до 01 час ночи, не соответствуют действительности.

Кроме того, анализ биллингов предполагает не только сопоставление с показаниями свидетелей и потерпевших по уголовному делу, но и между собой. А также проверку полноты истребования следствием биллингов по временному интервалу и по всем интересующим номерам абонентов.

Если биллинг номера ФИО-1 истребован в усеченном виде, за короткий период времени, без обозначения места нахождения абонента, это затрудняет анализ ситуации.

Второй блок доказательств — компьютерно-технические экспертизы телефонов, планшетов, ноутбуков, компьютеров и/либо осмотры их содержимого. В материалах уголовного дела, например, имеется распечатка содержимого телефона подозреваемого.

Сопоставлением экспертиз и биллинга, например, можно установить, что в качестве первоначального номера в телефоне прописан номер +7916…, вероятно указанным номером подозреваемый пользовался до августа 2012 года. Отсутствие проверки предыдущего номера в ходе предварительного следствия может быть расценено как неполнота расследования преступления по ст.

105 УК РФ. Данное обстоятельство может служить основанием для возвращения уголовного дела на доследование.

Третий блок доказательств — анализ (сопоставление) свидетельских показаний, выявление не только противоречий, но и взаимодополнений, возможно даже косвенных, но требующих оценки как доказательству по статье 105 УК.

Так, показания обвиняемого о том, что он не встречался с убитой, могут быть опровергнуты утверждением свидетеля о том, что он разговаривавшего с жертвой, и она ему ответила, что «у нее очень важный разговор, и она перезвонит» (если по ситуации это происходит в нужное время и в нужном месте).

В ходе предварительного следствия следователь может не обратить внимания на свидетельские показания о взаимоотношениях подозреваемого и жертвы, либо не дать им должной юридической оценки.

Четвертый блок доказательств — процессуальное оформление сведений, добытых адвокатом, в ходе предварительного следствия.

Например, адвокат ходатайствует о приобщении к уголовному делу результатов адвокатского опроса знакомых подозреваемого по статье 105 УК, — о том, что указанное преступление он мог совершить через участников местной группировки по кличке «Ф..» (ФИО-3, тел.916..) и «П..»(тел 903…).

Однако данная информация следствием может остаться не проверенной, поэтому необходимо одновременно ходатайствовать об истребовании биллингов, установлении личностей и проведении допросов.

Пятый блок доказательств — установление нарушений при проведении оперативно-розыскных мероприятий. Как следствие, подача ходатайства о признании недопустимым доказательством, либо в зависимости от целей защиты, жалоба о формальном подходе и неполноте.

Например, согласно справки начальника розыска в отношении подозреваемого по статье 105 УК были выставлены сторожевики по всем направлениям, а в это время по сведениям имеющимся у адвоката, он свободно выезжал за границу, а затем без ограничений передвигался по Московской области, что можно объяснить лишь тем, что ОРМ выполнялись лишь на бумаге.

Шестой блок доказательств — молекулярно-генетическая экспертиза для установления генетического кода жертвы (при отсутствии трупа) по уголовному делу по ст. 105 УК. Адвокат должен уметь анализировать описательную часть данных экспертиз, чтобы дать оценку их допустимости и обоснованности.

Для ясности, приведем пример из нашей практики — жалобу адвоката по одному из уголовных дел: «Для установления генетического кода ФИО-1 использовались образцы ДНК ФИО-2 и ФИО-3. Однако не понятно, почему при имеющемся генетическом коде ФИО-1, эксперт проводит сравнительное исследование с ДНК ФИО-3 и ФИО-2.

Согласно выводов эксперта, «генотипические комбинации аллельных вариантов ДНК объектов 16 и 17 выявлены только по STR-локусам: LPL, VWA, CD4, D22S1045, D3S1358, и «генотипические комбинации аллельных вариантов ДНК 16 и 17 отличаются от генотипических комбинаций аллельных вариантов ДНК вол 1 по STR-ЛОКУСАМ D3S1358,CD4,VWA.

При этом, вывод о различии аллельных вариантов ДНК 16 и 17 и вол 1 по STR-локусу D3S1358 сомнителен, поскольку: Во- первых, на хроматограмме объекты 16 и 17 наносились как один состав (что является грубейшим нарушением правил проведения экспертиз), Во- вторых, по данному локусу имеются совпадения между одним из объектов (16 или 17) с БОН и одним из объектов(16 или 17) с вол1 (принадл.ФИО-1).

Таким образом, из пяти возможных локусов три имеют совпадения с вол1. Также кажется странным возможность выявления пяти локусов, при том, что остальные локусы не проявляются совсем.

При этом, следователем не был допрошен эксперт и не выяснены ответы на вопросы: -Возможно ли определить, человеку или другому существу принадлежат обнаруженные в автомашине капли крови? -Если да, то принадлежат они мужчине или женщине? -Какие локусы являются определяющими при сравнении ДНК и какова вероятность принадлежности обнаруженных образцов крови ФИО-1? -Могут ли образцы содержать ДНК двух лиц, если да, то имеются ли локусы, принадлежащие мужчине?

-Может ли применение чистящих и других химических веществ влиять на характеристики крови и давать различия в данных хроматограмм?»

Оправдательный приговор по убийству (статья 105 УК РФ)

Органами предварительного следствия П. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ – Убийство.

На стадии предварительного следствия П., своевременно не воспользовавшись помощью защитника, оговорил себя в совершении преступления. В ходе судебного рассмотрения дела адвокату Павлу Домкину удалось поставить под сомнение совокупность достоверность и достаточность собранных в стадии следствия доказательств и убедить суд в наличии самооговора подсудимого.

Суд согласился с доводами адвоката и постановил в отношении подсудимого П. оправдательный приговор в связи с его непричастностью к совершению преступления. Определением Московского областного суда оправдательный приговор в отношении П. оставлен без изменения.

  • П Р И Г О В О Р
  • Именем Российской Федерации
  • г. Люберцы, «02» февраля 2006 года

Судья Люберецкого городского суда Московской области Пантелеева С.Ю., с участием государственного обвинителя прокурора г. Люберцы Городова М.Ю., подсудимого П., адвоката Домкина П.А., представившего удостоверение №6792 и ордер №325, при секретаре Остапенко А.Г., Алпатовой Е.В., рассмотрев материалы уголовного дела в П.

, 1969 года рождения, уроженца г.Люберцы Московской области, гр-на РФ, со средним образованием, женатого, работавшего: таможенный терминал ООО ___ грузчиком, проживающего: Московская область г.Люберцы, Октябрьский пр-кт, д. __ кв. __ , не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.

1 УК РФ;

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый П. органами предварительного следствия обвиняется в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку. Преступление, как указано в обвинительном заключении, совершено при следующих обстоятельствах: 15 мая 2005 года, в период времени с 02 до 12 часов, П. находясь в квартире по адресу: Московская область г. Люберцы, Октябрьский пр-кт д. …

; будучи в состоянии алкогольного опьянения, умышленно с целью убийства, нанес множественные удары ножом по различным частям тела неизвестной женщине, опознанной как В., 19…

года рождения, причинив ей своими действиями следующие телесные повреждения — кожную рану на груди слева на уровне пятого межреберь между средне-ключичной и переднеподмышечными линиями, проникающую в левую плевральную и брюшную полости с повреждением левого легкого диафрагмы и желудка, относящуюся к тяжкому вреду здоровью; 23 кожных раны, расположенных на спине слева с раневыми каналами проникающими в левую плевральную полость с повреждением ткани левого легкого, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, — две колото-резаные раны мягких тканей лица в заушной области справа, триколото-резаные раны мягких тканей в области угла нижней челюсти справа, две резаные раны третьего и четвертого пальцев правой кисти, относящиеся к легкому вреду здоровью. От полученных телесных повреждений В. скончалась на месте происшествия. Ее смерть наступила от острой кровопотери в результате множественных колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого.

Допросив подсудимого П., который вину не признал, а также свидетелей, указанных в списке лип, подлежащих вызову в судебное заседание, и исследовав представленные органами следствия иные доказательства, суд установил следующие обстоятельства уголовного дела:

В ночь с 14-го на 15 мая 2005 г. П. распивал спиртные напитки с ранее незнакомым С., в квартире, которую временно снимал последний, расположенной по адресу: Московская область г. Люберцы, Октябрьский пр-кт, … примерно в 5-6 часов утра П. и С. пошли в магазин, чтобы приобрести еще спиртного. На улице они познакомились с девушкой В. и пригласили ее в квартиру С.

для употребления спиртного. Придя в квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу, они втроем стали распивать спиртные напитки. Примерно в 10-11 часов утра в близлежащее отделение милиции пришел С. и заявил, что в квартире у него находится труп женщины. Сотрудники милиции, прибыв по вышеуказанному адресу, обнаружили лежавший на полу, на простыне труп гр-ки В.

со множественными колото-резаными ранениями тела, и спавшего рядом с трудом на полу, на другой простыне, голова к голове П., находившегося в сильной степени алкогольного опьянения. В комнате на полу, стене, диване и других предметах имелись множественные пятна крови. На полу валялись два ножа также со следами крови. П. был доставлен в отделение милиции.

Указанные обстоятельства суд установил на основании следующих доказательств.

Подсудимый П. в суде показал, что в ночь с 14 на 15 мая 2005 г. он распивал спиртные напитки со С., с которым познакомился в эту же ночь, в квартире последнего. Затем они пошли в магазин за водкой, сколько было времени не помнит. На улице повстречали девушку, оказавшуюся В. и пригласили ее пойти с ними, чтобы распить спиртное. Она согласилась. Придя в квартиру С.

, они втроем выпили водки, после чего он (П.) и В. пошли на кухню, чтобы заняться сексом, получилось ли у них что-нибудь не помнит. Затем он и В. вернулись в комнату, где находился С., сели за стол и стали вновь употреблять спиртное. Он (П.) был сильно пьян, поэтому выпив еще рюмку водки, сразу уснул и что было дальше не помнит, пришел в себя вечером в отделение милиции.

Адвокат по уголовным делам

Свидетель С. в суде показал, что с июля 2004 г. по май 2005 г. включительно он сдава в пользование свою однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: Московская область, г. Люберцы, Октябрьский пр-кт д… С.

проживал в квартире с женой и ребенком, затем стал проживать один. После декабря 2004 года С. перестал оплачивать квартиру, т.к. у него возникли проблемы с работой. В конце мая 2005 г. он (С.) заехал в квартиру, сдаваемую С., и увидел, что она опечатана.

Читайте также:  Адвокат по статье 239. Создание некоммерческой организации, посягающей на личность и права граждан

От сотрудников милиции он узнал, что в квартире совершено убийство.

Свидетель Г. в суде показал о том, что В. была его гражданской женой и 15 мая 2005 г. примерно в 5-6 часов утра она ушла в магазин за сигаретами и не вернулась.

Свидетель А. показала в суде, что ее сын Г. является инвалидом 2-й группы и с августа 2002 года стал проживать в гражданском браке с В., которая приехала из р. Украина, документы у нее были утеряны. 15 мая 2005г.

ей позвонил сын и сообщил, что рано утром В. ушла из дома за сигаретами и не вернулась. 16 мая 2005 г. об исчезновении В. они заявили в милицию и им предложили опознать убитую девушку. В убитой девушке ее муж опознал В.

Свидетель П. в суде показал, что он является сотрудников милиции 1-го ГОМ г.Люберцы. 15 мая 2005 г. примерно в 10 часов утра в отделение милиции обратился гр-н С. и сообщил, что в его квартире убита женщина и тот кто ее убил, находится там же. Он совместно с другими сотрудниками милиции вышли по указанному С.

адресу, и обнаружили в квартире среди комнаты, лежавший на полу на простыне труп женщины с ножевыми ранениями. Голова к голове с ней лежал на простыне П., находившийся в сильной степени алкогольного о опьянения. С большими усилиями им удалось разбудить П. и он со вторым сотрудником милиции Г.

отвели его в отделение милиции.

Свидетель Г. в судебном заседании дал аналогичные показания.

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля С., данные им на предварительном следствии, в связи с тем, что место его нахождения суду не было известно о том, что в ночь с 14 на 15 мая 2005 г. он распивал спиртные напитки в квартире, которую снимал во временное пользование у С., совместно с соседом Сергеем и Александром.

Затем Сергей ушел домой, а они с Александром пошли за водкой и познакомились на улице с девушкой, которую пригласили пойти с ними, она согласилась. Во дворе дома они втроем распили водку, после чего пришли к нему домой примерно около 6-и часов утра. Втроем они вновь стали распивать спиртное, после чего он уснул в кресле.

Проснувшись около 12 часов, он увидел лежавшую на полу на пододеяльнике девушку, у которой волосы и лицо были в крови. На спинет на кофте у нее было много порезов, тело было холодным. Рядом с ней лежал Александр и спал. Он попытался его разбудить но не смог, т.к. Александр был сильно пьян. Он побежал в отдел милиции и рассказал о случившемся. Никакого шума и криков он не слышал, т.к.

крепко спал, что могло произойти не знает, дверь квартиры была закрыта изнутри на ключ (л.д. 157-159- 167-169).

Свидетель С. показал в суде, что вечером 14 мая 2005 г. он распивал спиртное вместе с П. у Слащева дома. Затем П. и С. ушел, а он уснул у себя дома. Об обстоятельствах убийства ему ничего неизвестно.

Также были исследованы письменные материалы уголовного дела:

Протокол осмотра места происшествия, схема и фототаблица к нему согласно которым была осмотрена квартира по Октябрьскому пр-ту г. Люберцы, где был обнаружен в комнате, лежавший на полу, на простыне труп женщины со следами насильственной смерти.

На полу были обнаружены два ножа с пятнами бурого цвета, похожими на кровь, разбитая бутылки, перевернутый табурет со следами вещества бурого цвета в виде потеков и брызг.

На полу, стене диване имелись множественные пятна бурого цвета, похожие на кровь в виде потеков и брызг (л.д. 5-23),

Протокол осмотра трупа В. и фототаблица к нему, которых следует, что труп женщины лежал на полу, на простыне лицом вниз и на нем имелись множественные колото-резаные ранения (л.д. 24-35);

Заключение судебно-медицинской экспертизы с выводами о том, что на трупе В.

имелись следующие повреждения: кожная рана на груди слева и уровне 5-го межреберья между среднеключичной и переднеподмышечными линиями, отходящий от нее раневой канал, проникащщий в левую плевральную и брюшную полости с повреждением левого легкого, диафрагмы, желушка; 23 кожные раны, расположенные на спине слева и отходящие от них раневые каналы, проникающие в левую плевральную полость с повреждением ткани левого легкого, две колото резаные раны мягких тканей лица в заушной области справа; 3 колото-резаные раны мягких тканей в области угла нижней челюсти справа; 2 резаные раны третьего и четвертого пальцев правой кисти. Указанные ранения образовались в результате не менее чем 30-ти кратного ударного воздействия плоского колюще-режущего орудия с односторонней заточкой клинка. 24 колото-резаные раны проникающие в левую диафрагмы и желудка квалифицируются как тяжкий вред здоровью, между ними и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Смерть В. наступила от острой кровопотери в результате множественных колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого. Остальные колото-резаные раны и резаные раны имеют признаки легкого вреда здоровью (л.д. 39-44),

Заключение: биологичеввой экспертизы с выводами о том, что на ножах, в смывах, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от пострадавшей женщины. На ножах следы пота не обнаружены. На окурках сигарет, изъятых с места происшествия обнаружена смола, которая могла произойти от П. и С. (л.д. 132138),

Заключение дактилоскопической судебной экспертизы с выводами о том, что следы пальцев рук изъятые с места происшествия с табуретки и с пачки сигарет «Ява» оставлены П., а с чашки, с бутылки,с пачки сигарет «Ява» оставлены С. (л.д. 146-147).

Доказательства приведенные в обвинительном заключении и поддержанные государственным обвинителем в судебном заседании как каждое в отдельности, так и в совокупности не дают оснований для вывода о виновности подсудимого П. в совершении убийства В. Выводы органов предварительного следствия о совершении П. указанного преступления носят предположительный характер.

Одним из представленных государственным обвинителем доказательств являются показания П. на предварительном следствии, в качестве подозреваемого в которых он полностью признавал себя виновным в убийстве девушки, однако обстоятельств убийства не рассказывал, ссылаясь на то, что ничего не помнит (л.д. 70-72).

В последующих показаниях на предварительном следствии и в судебном заседании П. отказался от первоначальных показаний, утверждал, что девушку он не убивал. В суде П. объяснил свои первоначальные показания шоковым состоянием и давлением со стороны правоохранительных органов, отсутствием надлежащей зашиты.

Суд считает, что показания П. на предварительном следствии в качестве подозреваемого не могут быть положены в основу обвинения поскольку они не содержат никакой информации об обстоятельствах убийства, из них не понятно почему П. признавал свою вину в убийстве, если об этом ничего не помнит. Данные показания не подтверждаются какими-либо другими бесспорными доказательствами.

Другим доказательством на которое ссылается обвинение является заключение биологической экспертизы с выводами о том, что на спортивной куртке и брюках П. обнаружена кровь человека которая могла произойти от пострадавшей. Подсудимый П. следы крови В. на своей одежде объяснил тем, что лежал на полу рядом с убитой и мог измазаться. Из показаний свидетелей П. и Г.

, протокола осмотра места происшествия усматривается, что П. действительно спал на полу рядом с трупом В., в комнате на полу и на различных предметах были многочисленные пятна крови. Следовательно, суд полагает, что не исключается возможность образования пятен крови на одежде П. при указанных им обстоятельствах. Тем более, что эти следы крови на брюках и спортивной куртке П.

были малочисленные и смазанные.

Других доказательств, которые бы подтверждали, что кровь на одежде П. образовалась в связи с его причастностью к убийству В., следствием не добыто.

Показания свидетелей П. и К. о том, что когда они вели пьяного П.

в отделение милиции, на их вопросы по поводу убийсвва он отвечал: «Я не хотел это вышло случайно, водка «сгубила», суд также не может положить в основу обвинения, поскольку из показаний самих же свидетелей усматривается, что П. был сильно пьян, следовательно его фразы относительно убийства не могут являться допустимым доказательством.

Следующим доказательством, на которое ссылалось государственное обвинение, являются показания свидетеля С. на предварительном следствии, указанные выше. Однако суд не может положить их в основу обвинения подсудимого, т.к. показания С.

не содержат какой-либо информации об обстоятельствах совершенного убийство. Кроме того, суд не может в полной мере доверять показаниям С., поскольку они в некоторых деталях противоречат и другим доказательствам по делу. Так в показаниях С.

указано, что он проснулся в 12 часов дня, после чего пошел в милицию, заявив об убийстве женщины в его квартире. Его показания в этой части противоречат показаниям свидетелей П. и Г. о том, что С. явился в отделение милиции между 10 и 11 часами утра.

Кроме того, органами предварительного следствия не проверена причастность С. к указанному преступлению.

Согласно протокола выемки и протокола осмотра предметов (л.д. 161-165). Одежда у С.

в которой он находился по его слов в момент убийства и после совершения преступления и размеры окружности джине в поясе 72 см и ширина футболки в плечах 40 см, по мнению суда, явно не соответствуют размерам взрослого крупного мужчины, каким, судя по фототаблице к протоколу проверки показаний на месте происшествия является С. (л.д. 172-178).

Суд был лишен возможности осмотреть одежду С., признанную вещественным доказательством, в судебном заседании поскольку она в ходе предварительного следствия была возвращена С…

Представленные органами предварительного следствия доказательства: протокол осмотра места происшествия, протокол осмотра трупа, заключение судебно-медицинской экспертизы по трупу В., протоколы проверок показаний на месте происшествия с участием П. и С. (л.д.

81-87; 170-178), заключение дактилоскопической экспертизы, показания свидетелей А., Г., С., С., Г., П. подтверждают только факт убийства В. в квартире, снимаемой С. и факт нахождения в это время, в указанном месте П. и С., однако не указывают на причастность П.

к убийству.

Таким образом, исследовав, проанализировав и оценив все представленные обвинением доказательства, суд пришел к выводу, что органы следствия не собрали бесспорных доказательств вины П. в убийстве В. и выводы о виновности подсудимого, приведенные в обвинительном заключении носят предположительный характер, в связи с чем по делу должен быть постановлен оправдательный приговор.

П. имеет право на реабилитацию, а также право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.ст. 135-136 УПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 304-306 УПК РФ, суд,

П О С Т А Н О В И Л :

П. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ признать невиновным и оправдать его в соответствии со ст. 302 ч.2 п. 2 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

Меру пресечения — содержание под стражей П. отменить, освободить его из-под стражи в зале суда. П. имеет право на реабилитацию, а также право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке предусмотренном законом.

Вещественные доказательства: кроссовки, брюки, спортивную куртку П., два ножа, окурки сигарет, красную кофту, синий бюстгальтер, бордовые трусы, черные джинсы В. — хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Судья С.Ю. Пантелеева

Варианты защиты и возможности адвоката по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)

Убийство – это умышленное причинение смерти другому лицу. Статья 105 УК РФ относится к категории особо тяжких и предусматривает наказание вплоть до пожизненного лишения свободы.

Читайте также:  Адвокат добился проведения экспертизы по делу об оспаривании завещания в кассации

Вместе с тем, большинство убийств – это убийства в драке, в ходе бытовых конфликтов в семье, а самое распространённое орудие убийства – обычный кухонный нож. Правоприменительная практика складывается так, что при наличии трупа следователи возбуждают уголовные дела по самой очевидной (для них) статье – ч.1 ст.

105 УК РФ, в дальнейшем вменяют её же и обвиняемому, подчас не обращая внимания на детали, которые имеют принципиальное значение.

Адвокат, работая по уголовному делу об убийстве, должен, напротив, учесть все нюансы, объективно рассмотреть все варианты защиты и предложить доверителю те, которые наиболее реальны для реализации с учётом имеющихся доказательств и сложившейся следственной и судебной практики. Типовых вариантов защиты по делам об убийстве несколько.

Причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть по неосторожности (ч.4 ст.111 УК РФ)

Максимально возможное наказание по ч.1 ст.105 УК РФ и ч.4 ст.111 УК РФ совпадает (до 15 лет лишения свободы). Но ч.4 ст.111 УК РФ мягче, во-первых, из-за минимально возможного наказания в санкции статьи, во-вторых, на практике часто назначают более мягкое наказание по ч.4 ст.111 УК РФ, чем по ч.1 ст.105 УК РФ.

Принципиальное отличие ч.4 ст.111 УК РФ от ч.1 ст.105 УК РФ состоит в следующем. Для применения ч.1 ст.105 УК РФ необходимо установить умысел именно на убийство. Как правило, об этом свидетельствует сила ударов и их нанесение в жизненно важные органы.

Нередко о своих намерениях прямо говорят и сами подозреваемые. Ч.4 ст.111 УК РФ применяется тогда, когда умысел человека был направлен не на причинение смерти, а на причинение тяжкого вреда здоровью.

Классический пример – нанесение множественных ударов по разным частям тела в драке без цели лишить человека жизни.

Есть одно распространённое заблуждение: если человек умер не сразу после нанесения ударов, а уже в больнице спустя несколько часов или дней – ч.1 ст.105 УК РФ однозначно вменяться не может, а применяется ч.4 ст.111 УК РФ. Это не так.

Адвокату по такому уголовному делу важно проанализировать привходящие обстоятельства: действия наносившего удары, действия врачей, причинно-следственную связь между смертью и этими действиями. Сам по себе промежуток между временем нанесением ударов и временем смерти не влияет на квалификацию по той или иной статье.

В судебной практике известны случаи, когда смерть наступила спустя неделю после нанесения ударов, однако с учётом других обстоятельств действия лица были квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ.

Убийство при необходимой обороне и при превышении её пределов (ст.37 УК РФ, ст.108 УК РФ).

Нанесение ударов потерпевшему редко бывает беспричинным. Часто повод для этого незначительный и тогда в протоколах пишут: «ввиду внезапно возникших личных неприязненных отношений». Но подчас потерпевший сам ведёт себя агрессивно, готов напасть или уже применяет насилие к тому, кто в последующем станет обвиняемым.

Типичный пример – конфликт в семье, муж (часто в сильном алкогольном опьянении) гоняет жену по всей квартире, избивает её всем, чем попадётся под руку, грозится убить. В какой-то момент семья оказывается на кухне, жена с целью самообороны, опасаясь за свою жизнь и здоровье, берёт нож и наносит удар мужу только для того, чтобы остановить его.

Нож попадает в жизненно важный орган и человек умирает.

Для того, чтобы добиться применения статьи о необходимой обороне (ст.37 УК РФ, ст.108 УК РФ, ст.

114 УК РФ) адвокату необходимо детально проанализировать обстановку, всё развитие событий и привести доказательства того, что потерпевший сам вёл себя агрессивно, эта агрессия была реальной и подзащитный обоснованно опасался за свою жизнь и здоровье. Одних показаний подзащитного здесь недостаточно.

Более того, на самых первых допросах сотрудники правоохранительных органов, пользуясь шоковым состоянием допрашиваемого, стараются задать подозреваемому такие вопросы, чтобы в его показаниях просматривался умысел на убийство, а не защита от нападения.

Крайне важно максимально быстро зафиксировать телесные повреждения, которые потерпевший нанёс подозреваемому в ходе конфликта, найти свидетелей, которые, возможно, видели или слышали как развивался конфликт, как потерпевший угрожал или наносил удары подзащитному адвоката.

Убийство в состоянии аффекта (ст.107 УК РФ)

Аффект – это сильное душевное волнение, вызванное противоправными или аморальными действиями потерпевшего. Но не всякое сильное волнение является аффектом, и не всякие действия потерпевшего могут его вызвать.

Аффект определяется с помощью судебно-психологической экспертизы.

Учитывая, что по делам об убийстве судебно-психологическая или психолого-психиатрическая экспертиза проводятся в обязательном порядке, адвокату (при подозрении на возможность аффекта) целесообразно сразу ставить эксперту вопросы о возможности убийства в состоянии аффекта, а не откладывать это «на потом».

Основное внимание при проведении такой экспертизы уделяется поведению обвиняемого во время нанесения ударов, после нанесения ударов, его показаниям и показаниям лиц, которые видели его в это время. Если конфликт происходил один на один, доказать аффект маловероятно.

Существует заблуждение, что аффект можно «изобразить», сымитировать. Это не так. При проведении судебно-психологической экспертизы используются методики, которые позволяют определить, есть ли аффект в действительности или он ложный, «наигранный».

Аффект может вызвать и какое-то одно действие потерпевшего, очень травматичное для психики обвиняемого (аффект по типу «вспышки»), и несколько менее травматичных действий, но регулярно повторяющихся (аффект по типу «последней капли», накопленный аффект).

Причинение смерти по неосторожности (ст.109 УК РФ)

Классический пример пограничного случая между ч.1 ст.105 УК РФ и ст.109 УК РФ – человек падает от удара и, ударившись головой о твёрдую поверхность, умирает. Во многом от того, какой будет характер повреждений головного мозга по результатам экспертизы, зависит и применяемая статья.

Адвокату по уголовному делу необходимо анализировать и другие действия, которые происходили до нанесения удара, ту обстановку, в которой они происходили, характер взаимоотношений и взаимодействия потерпевшего и обвиняемого.

Суд присяжных по делам об убийстве и ч.4 ст.111 УК РФ

Уголовные дела по ст.105 УК РФ и ч.4 ст.111 УК РФ может рассматривать суд присяжных. То, насколько целесообразно в конкретном случае обращаться к суду присяжных, должен оценить адвокат по уголовному делу и разъяснить все тонкости и последствия клиенту.

Действительно, процент оправдательных приговоров в суде присяжных выше, чем у судей «по должности». Но не всякое дело имеет смысл передавать для рассмотрения в суд присяжных. Суд присяжных имеет свою специфику, к которой должны быть готовы и адвокат, и его подзащитный.

Например, если защита планирует бороться только за снижение наказания – как правило, нет смысла рассматривать дело в суде присяжных. Исключение – работа адвоката на получение от присяжных вердикта о снисхождении для своего клиента.

Вердикт «виновен, но заслуживает снисхождения» не позволяет суду назначить наказание в виде пожизненного лишения свободы, а также наказание размером больше 2/3 от максимально возможного срока в виде лишения свободы на определённый срок.

Кроме того, этот вердикт позволяет суду назначить наказание ниже низшего – с применением ст.64 УК РФ.

Напротив, если доказательства обвинения слабые, противоречивые, а с точки зрения адвоката в деле есть признаки необходимой обороны или её превышения, аффекта или вообще непричастности подзащитного к инкриминируемому ему преступлению – тогда суд присяжных имеет смысл избирать.

В любом случае, адвокат и его подзащитный по делам об убийстве или тяжком вреде здоровью, повлекшим смерть (ч.4 ст.111 УК РФ) уже на самых ранних стадиях расследования должны потенциально готовиться к суду присяжных – даже в случае, если в дальнейшем эта линия защиты отпадёт, дело будет прекращено или будет принято решение о рассмотрении дела судьёй «по должности».

Решение Верховного суда: Определение N 49-АПУ16-10СП от 23.08.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

  • ВЕРХОВНЫЙ СУД
  • РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • Дело №49-АПУ 16-1 Осп

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 23 а в г у с т а 2 0 1 6 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Безуглого Н.П.,

судей Кочиной И.Г., Сабурова Д.Э.,

с участием:

государственного обвинителя — прокурора Пирогова М.В.,

представителя потерпевшей Б — адвоката Войцеха А.В.,

оправданного — Геворкяна К.О.,

защитников — адвокатов Макаренко С. А. и Багаутдинова Н.Р.,

при секретаре Барченковой М.А.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственных обвинителей Карачуриной М.В. и Наймушина М.В., апелляционным жалобам потерпевших Б Г Я Г С М адвоката Войцеха А.В. в интересах потерпевшей Б

  1. на приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 2 июня 2016 года, которым
  2. Геворкян К О
  3. несудимьш,
  4. оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных:

ч. 1 ст. 119 УК РФ — за отсутствием события преступления,

ч.1 ст. 109 УК РФ — за отсутствием состава преступления,

ч.З ст.30, п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ — за отсутствием состава преступления,

п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ — за отсутствием состава преступления.

За оправданным признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления государственного обвинителя-прокурора Пирогова М.В., представителя потерпевшей Б

— адвоката Войцеха А.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционных жалобах и в дополнениях к ним оправданного Геворкяна К.О., адвокатов Макаренко СА. и Багаутдинова Н.Р возражавших против отмены приговора, Судебная коллегия,

у с т а н о н и л а:

Геворкян К О . обвинялся:

— по ч.1 ст. 119 УК РФ в угрозе убийством в отношении М

— по ч.1 ст. 109 УК РФ в причинении Г смерти по неосторожности,

— по ч.З ст.30 и п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ в покушении на убийство С в связи с выполнением им общественного долга,

— по «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в умышленном причинении легкого вреда здоровью О с применением оружия.

  • 25 мая 2016 года коллегия присяжных заседателей вынесла вердикт, из которого следует:
  • что не доказаны фактические обстоятельства, составляющие обвинение в угрозе убийством;
  • доказано, что Геворкян КО., обороняясь от нападения, выстрелил из пистолета вверх, пуля отрикошетила от потолка и попала в голову Г причинив травму, от которой он скончался;
  • доказано, что в процессе избиения Геворкяна К О . дергали за руку, в которой находился пистолет, в результате чего произошли два непроизвольных выстрела, причинившие телесные повреждения С и О

С учетом вердикта Геворкян К О . оправдан по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 119 УК РФ в связи с неустановлением события преступления, по ч. 1 ст. 109, ч. 3 ст. 30 и п. «б» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ — за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении и в дополнении к нему государственные обвинители Карачурина М.В. и Наймушин М.В. просят отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, считая его незаконным ввиду систематических нарушений требований УПК РФ, выразившихся в том, что в присутствии присяжных заседателей стороной защиты затрагивались вопросы находящиеся за пределами их компетенции.

Так адвокат Макаренко С.А., желая вызвать предубеждение присяжных заседателей, пытался дискредитировать обвинение и представленные доказательства, оценивая их качество, заявляя о неполноте предварительного следствия, что не входит в компетенцию присяжных заседателей.

В ходе судебного следствия, обращаясь к присяжным заседателям адвокат заявил, что обвинение основано на противоречивых и путаных показаниях свидетелей из группы М в отношении потерпевшего С заявил, что возле офиса « он был дозорным дал оценку показаниям свидетеля Г ссылался на неисследованные в суде протоколы и документы, а в прениях исказил показания свидетеля М

На все нарушения стороны защиты с>д реагировал замечаниями, но, по мнению государственных обвинителей, они не могли не повлиять на мнение присяжных заседателей и содержание их ответов (т. 20 л.д.14, 20, 21, 65 108 115,155,157).

Читайте также:  О решении Верховного Суда по делу о выселении за долги

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Б адвокат Войцех А.В., потерпевшие С и М оправдательный приговор в отношении Геворкяна К.О. считают незаконным вынесенным с нарушением норм УПК РФ и просят его отменить, приводя в обоснование жалоб идентичные доводы.

Считают, что изменение перед началом судебных прений ранее предъявленного обвинения оказало влияние на мнение присяжных заседателей.

Стороной защиты систематически нарушались положения ст.

334 УПК РФ что выражалось в том, что она неоднократно ссылалась на обстоятельства, не подлежащие исследованию с участием с участием присяжных заседателей ставила под сомнение законность получения доказательств, признанных судом допустимыми, ссылалась на доказательства и документы, которые не исследовались с участием присяжных заседателей или не могли исследоваться в их присутствии.

В последний день судебного следствия стороной защиты были оглашены противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей защиты С и О в отсутствие данных ЛЕЩ, многие противоречия были устранены в процессе последующих следственных действий, что нарушило их права. Потерпевших выставили лжецами и преступниками, дающими заведомо ложные показания, не дав возможности устранить противоречия в ходе судебного заседания.

Адвокат Макаренко СА. в своей речи указал, что обвинение построено на заведомо ложных показаниях потерпевших и свидетелей, обвиняя последних в совершении преступлений, чем поставил под сомнение законность получения доказательств.

Не смотря на то, что председательствующий делал замечания стороне защиты по поводу допущенных нарушений, но, поскольку они носили систематический характер, все-равно оказали влияние на присяжных в части формирования ошибочного мнения о невиновности Геворкяна К.О.

Вопросы №№ 6 и 14, поставленные на разрешение коллегии присяжных заседателей, требовали юридической оценки и содержали юридические термины, такие как «общественно-опасные последствия», «задержание», в одном из них содержалась ссылка на ст. 18 ФЗ «О частной детективной и охранной деятельности».

Потерпевшая Б в апелляционной жалобе и в дополнении к ней указывает на свое несогласие с приговором и просит его отменить, полагает, что он вынесен с нарушением уголовно-процессуальных норм и ее права на участие в судебном заседании, что выразилось в неизвещении ее о дате судебных прений, пишет, что на нее оказывалось психологическое давление, выразившееся в проведении следственных действий.

Потерпевшая Г в апелляционной жалобе выражает свое несогласие с приговором, настаивает на пересмотре дела. Считает, что проведением следственных действий в отнош ении ее матери Б на ее семью оказывается психологическое давление.

Потерпевшие Я и Г в апелляционной жалобе указывают лишь о своем несогласии с приговором и настаивают на пересмотре дела.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевших и их представителя государственный обвинител]:. Наймушин М.В. указывает на обоснованность изменения обвинения в отношении Геворкяна КО., а адвокат Макаренко СА. просит оставить приговор без изменения.

Заслушав участников процесса, проверив доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, апелляционных жалобах и в дополнениях к ним возражения стороны защиты, изучив материалы уголовного дела, Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены приговора.

В соответствии со ст. 389.

25 УПК РФ оправдательный приговор постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжн ыми заседателями ответов, а также если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Таких нарушений при рассмотрении уголовного дела в отношении Геворкяна К.О. не допущено.

Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением требований ст.ст. 326-329 УПК РФ и приступила к работе после присяги.

Судом соблюдены положения, согласно которым судебное следствие в суде с участием присяжных заседателей проводится с учетом положений ст.ст.334, 335 УПК РФ.

Вопреки доводам стороны обвинения в ходе судебного следствия были исследованы лишь допустимые доказательства, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального закон а, перечень которых соотносится с предъявленным обвинением и полномочиями присяжных заседателей.

До присяжных заседателей не доводилась информация, касающаяся процедуры получения доказательств, представленных на исследование, а также их оценка с точки зрения допустимости.

Фактов раскрытия перед присяжными заседателями содержания не исследованных в суде доказательств также: не имеется. По каждому факту преждевременного упоминания стороной защиты о наличии таких доказательств председательствующий делал замечания, а также разъяснял присяжным заседателям, что они не должны учитывать такую информацию, чем исключил возможность незаконного влияния на них.

Показания потерпевших С и О оглашены в судебном заседании обоснованно, на основании ч.З ст. 281 УПК РФ, ввиду наличия существенных противоречий.

Отсутствие потерпевших в зале судебного заседания в день оглашения данных показаний не является основанием для признания процессуального действия незаконным, поскольку они были извещены о дате судебного заседания и имели возможность в нем участвовать.

Доводы адвоката Войцеха А.В. о том, что оглашение показаний в конце судебного разбирательства не позволило принять меры к устранению имеющихся в них противоречий не соответствуют действительности, поскольку согласно протоколу судебного заседания, такого намерения сторона обвинения не изъявляла, об отложении заседания и вызове потерпевших в суд не ходатайствовала.

Таким образом, принцип состязательности и равноправия сторон председательствующим нарушен не был. поскольку стороны не были ограничены в праве представления доказательств, а все представленные суду доказательства были исследованы.

Изменение предъявленного Геворкяну К.О. обвинения по итогам судебного следствия произведено государственным обвинителем в соответствии с ч.8 ст. 246 УПК РФ, в связи с чем не может расцениваться в качестве основания для отмены приговора.

Прения сторон проведены в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, без нарушения требований ст. 336 УПК РФ.

Доводы стороны обвинения о допущенных в этой стадии нарушениях повлиявших на вынесение несправедливого вердикта, Судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку факт искажения адвокатом Макаренко СА.

в своей речи показаний свидетеля М не подтверждается протоколом судебного заседания, а ф^кты оценки стороной защиты предъявленного обвинения и доказательств с точки зрения их достоверности, а также содержание этой оценки, отличное от позиции стороны обвинения, не может расцениваться как проявление незаконного воздействия на присяжных заседателей.

Не основаны на материалах дела и опровергаются содержанием протокола судебного заседания доводы о неизвещении потерпевшей Б о дате судебных прений.

Согласно протоколу Б приняла участие в обсуждении измененного прокурором обвинения, которое завершилось 12 мая 2016 года. В этот же день всем участникам заседания, в том числе и Б было объявлено о дате начала судебных прений — 23 мая 2016 года в 10 часов. Не смотря на это, 23 мая Б в суд не явилась, а ее представитель — адвокат Войцех А.В.

пояснил, что потерпевшей известно о дате судебных прений, но она уехала из страны. Учитывая данную информацию, принимая во внимание, что заявления от Б об отложении дела не поступало, а ее участие в судебном заседании обязательным не признавалось, суд правомерно, на основании ч.2 ст.249 УПК РФ закончил рассмотрение уголовного дела без ее участия.

При таких обстоятельствах нет оснований считать, что права потерпевшей Б были нарушены.

Таким образом, в ходе судебного следствия и прений сторон не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, повлекших за собой ограничение права участников процесса со стороны обвинения на представление доказательств, либо на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов, или на содержание ответов.

Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст.ст. 339, 343 УПК РФ.

Вопросы сформулированы председательствующим в соответствии с измененным по итогам судебного следствия обвинением и результатами судебного следствия.

Доводы потерпевших и адвоката Войцеха А.В. о том, что вопросы №№ 6 и 14, поставленные на разрешение коллегии присяжных заседателей, содержали юридический термин «задержание» и ссылку на ст. 18 ФЗ «О частной детективной и охранной деятельности» не соответствуют действительности поскольку ни в 6-ом, ни в 14-ом, ни в других вопросах такого термина и ссылки на закон не имеется.

Употребление словосочетания «общественно-опасные последствия» не привело к затруднениям в понимании вопроса присяжными заседателями поскольку оно достаточно распространено в обычной лексике.

Присяжным заседателям было разъяснено право в случае необходимости обратиться к председательствующему за разъяснениями но поставленным вопросам.

Таких обращений не поступало, поскольку вопросы перед присяжными заседателями сформулированы понятно.

Напутственное слово председательствующего содержит напоминание, как об исследованных доказательствах стороны обвинения, так и стороны защиты изложение позиций обеих сторон, правила оценки доказательств и иные вопросы, предусмотренные ст. 340 УПК РФ.

Вердикт присяжных заседателей Судебная коллегия признает ясным и не может согласиться с доводами государственного обвинителя Пирогова М.В.

о противоречиях, содержащихся в 6 и 17 вопросах (о чем не указывалось в апелляционном представлении и жалобах потерпевших), поскольку из ответов на них следует, что присяжные заседатели признали доказанным факт выстрела Геворкяном К.О.

из пистолета в потолок, пуля от которого отрикошетила в голову потерпевшему Г причинив травму, не совместимую с жизнью, в условиях обороны от нападения.

Из содержания ответа на вопрос №17 следует, что в действиях Геворкяна К.О.

отсутствует состав преступления, поскольку доказано, что в руках нападавших он видел ножи и рукоятку пистолета, а выстрел произвел после нанесенного ему удара в лицо, попытки уду [пения и ножевого ранения.

Данные обстоятельства дают основания расценивать нападение как опасное для жизни Геворкяна КО., а его ответные действия — ка к необходимую оборону.

Причинение вреда в состоянии необходимой обороны, согласно ч.1 ст. 37 УК РФ, преступлением не является.

Из ответа на 18 и 19 вопросы суд также сделал правильный вывод, что Геворкян К.О. не виновен в причинении вреда здоровью С и О поскольку выстрел из пистолета произошел независимо от его действий.

При таких обстоятельствах суд правомерно, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, оправдал Геворкяна К.О. по предъявленному обвинению по ч.1 ст. 109 УК РФ в причинении Г смерти по неосторожности, по ч.З ст.30 и п. «б» ч.2 ст.

105 УК РФ — в покушении на убийство С в связи с выполнением им общественного долга и по «в» ч.2 ст.

115 УК РФ — в умышленном причинении легкого вреди здоровью О с применением оружия, в связи с отсутствием в его действиях составов данных преступлений.

Решение суда об оправдании Геворкяна К.О. в угрозе убийством в отношении М по ч.1 ст. 119 УК РФ на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления соответствует вердикту коллегии присяжных заседателей, согласно которому не доказаны фактические обстоятельства данного обвинения.

Таким образом, приговор в отношении Геворкяна К.О. постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о невиновности осужденного в содеянном, основанном на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств.

Оснований для отмены приговора и удовлетворения апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших, представителя потерпевшей не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.25, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 2 июня 2016 года в отношении Геворкяна К О оставить без изменения, апелляционное представление государственных обвинителей Карачуриной М.В. и Наймушина М.В апелляционные жалобы потерпевших Б Г Я Г С М адвоката Войцеха А.В. в интересах потерпевшей Б — без удовлетворения Председательствующий

Судьи

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *